Артефактичик оказался мужиком правильным, с понятием, о том как ведут дела гномы он знал и был всеми руками "за". Понятное дело мы выпили еще раз, благо в этот раз на троих, но опять же без закуси. К середине дня меня уже прилично мутило, да и сам гном хоть и был "стекл как трезвышко", но с его лица уже не сходила улыбка. В общем слово за слово мастер предложил нам сделать индивидуальную работу, не тот стандартный медальон-кругляш, а какую-нибудь эдакою форму для хранилища печати. Гном, понятное дело, выбрал себе молот, ну а я выхватив из сумки лист пергамента сделал набросок и через два дня стал счастливым обладателем двух попугаев, один из которых теперь стоит на столе моей секретарши. И это стало моим первым шагом на пути к уважению в данном заведении.
Следующим моментом для меня стало железное правило соблюдения критерий и главное здесь — не воруй, и не просто не обсчитывай клиентов, а не смей даже пера казенного из помещения выносить. Но с этим никаких проблем не возникло, Добряк крепко вбил в мою голову что мелкое воровство это позор для нашего искусства, если по крупному, казну там имперскую или хранилище Рода, то вперед, а с мелочью, весящей меньше десяти килограмм золота, это вон к Гильдии. Собственно тот разумный, кто мог справиться с искушением, уже возвышался в глазах гнома. Потом следовал профессионализм, ну, мои переводы всегда отличались повышенной точностью. Так же немаловажна была и пунктуальность, опять же возведенная в абсолют, опоздал на минуту — считай плюнул в лицо боссу. Так что как бы не складывалась моя студенческая жизнь, но на работу я всегда приходил на полчаса раньше и уходил на час позже, хотя последнее было связанно с несколько иными обстоятельствами.
Ну и последнее и одно из самых важных, связанных на прямую с древнейшими традициями полуросликов — умение пить и если вы считаете себя знатоком этого дела, но прежде никогда не садились за один стол с бородатым представителем подгорного царства, спешу вас огорчить, вы ни демона не ведаете о выпивке, увы, я считал себя умеющим. Поворотным моментом сей истории стало событие двух декадной давности, и при упоминании того дня, вернее трех, очень трудных дней, я до сих пор начинаю зеленеть и рыскать глазами в поисках ближайших кустов. А начиналось все довольно безобидно. В один пасмурный, но тем не менее погожий денек, управляющий вызвал меня к себе. Я тогда пытался вспомнить в чем же я так сильно провинился, что на меня на ковер вызвали, но дело было в другом. Гном протянул мне лист, в котором было сказано что по особым причинам, не поддающихся оглашению, я вынужден отсутствовать на занятиях, графа где были указаны сроки действия универсального пропуска, была пропущены, хотя внизу красовалась подпись и личная печать Учителя. На мой вопрос что за кипишь, гном лишь велел следовать за собой.
Далеко идти не пришлось, все же банк в центре города. И как-то так получилось что здесь мои воспоминания весьма обрывочны. Помню как заходили в самую богатую гостиницу столицы, помню как заказывали обеденный зал, в котором и проходила сделка, я, понятное дело, выступал на ней в роли переводчика. Всего от банка пришло пятеро разумных, четыре полурослика, и один студиозус. Через полчаса в зале появились и другие представители людского племени, являющиеся второй стороной. Там было что-то около десяти человек, все благородные, все люди одного из герцогов, что очень недурственно поднялся на недавней войне и теперь стремился вложиться и потратиться.
Процесс начался с обильного завтрако-обеда-ужина. И когда все наелись от пуза, пошел рутинный торг, затянувшийся до поздней ночи, но в итоге все остались довольны. Герцог считал что выиграл немного процентов со сделки, а гном подсчитывал барыши с того как он ловко обхитрил наивного человечка. Но золото золотом, а традиции традициями. Сделка была чрезвычайно крупной, и поэтому отмечали её так же — по крупному. В залу выкатили три бочки настойки, на столе снова появились различные кушанья, откуда ни возмись в дальнем углу появились барды с менестрелями, а свободную площадку заняли танцовщицы.
Все выпили, отказаться — смертельно оскорбить гномов, закусили, благо было чем, снова выпили. Потом стали приставать к танцовщицам, приставали вроде не очень грубо, но леди все же нас покинули, так и не осчастливив никого согласием на весьма неприкрытые намеки. Снова выпили, уже не закусывали, но все же тосты поднимали. С этого момента у меня вголове легкий туман, но все же память пока не подводит. Когда первая бочка была пуста на три четверти, нам показалось что музыка играет слишком тихо, попросили прибавить. Снова не понравилось, снова выпили, потом стали приставать к музыкантам, уже весьма грубо и совсем с другими предложениями. Потом была драка в которой герцог получил фингал, но все же победа оказалась на нашей стороне и горе менестрели, собрав щепки некогда бывшие их инструментами, убрались вслед за танцовщицами.
