Стоявший позади друзья молчали, они-то знали эту историю, во всяком случае они знали все что знал я. А вот герман, Элиот и Азалия смотрели на меня с легким удивлением.
– Но уважаемый Дарий прав – с выпивкой тебе лучше не шутить.
– Боги! – не сдержался я. – Если честно я практически ничего не помню!
Босс и герцог переглянулись и позвоилил себе улыбнуться.
– Я тебе потом расскажу, – сказал гном и повернулся к открывшемуся входу в длинный коридор. – А сейчас нам следует пройти на свои места.
– Было бы неплохо если все знали их – свои места, – пробурчал Герман, все же развернулся в противоположную сторону.
Когда мы уже почти дошли до дверей, ко мне подошел герцог и сказал.
– Вы мой должник Тим.
И с этим он удалился вместе со своей семьей.
Мы же всемером пошли неторопливым шагом в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, где, как можно догадаться, были ложи, в одну из которых нас всех и пригласили. Поднявшись по лестнице мы очутились в другом коридоре, а вскоре зашли в саму ложу. В целом я не заметил ничего особенного, тот ж красный бархат, оркестровая яма, сцена, ложи и нижний зал. В той же Мариинке, например, намного красивее. Здесь же все как-то слишком просто, ну, будем надеется сама опера не будет столь же пресна.
И вновь мне пришлось подавать руку Лейле дабы помочь её сесть. Всего в ложе было семь небольших креслиц, но одно из них пустовало, а я и не стал спрашивать для кого оно. Надо будет, сами расскажут. Вскоре к нам в дверь постучались и один из служек принес очки-амулеты, заменявшие театральные бинокли. В ложе снова заструился привычный для благородных диалог, казалось что недавний конфликт был забыт, но я чувствовал некую негативную энергию источаемую Германом. Вообще я стал монго тоньше чувствовать то, чего раньше не замечал и буквально сезон назад мне пришлось признать правоту Добряка. Наставник был прав когда разделял два потока – энергию Мира, используемую мага и энергию Жизни, которую мы пользовали для своих техник.
Каждый из этих потоков я ощущал по разному. Мировая была для меня как нечто эфемерное, неосязаемое. Как легкое дуновение ветерка в жаркий летний день, как первый лист, сорвавшийся осень с еще зеленого дерева. Мировая энергия была чем-то что пронизывало все, но при этом она старалась "обтечь" меня и, как я понял, это было связанно с тем что частично я не являюсь частью этого мира. Получается что мой резерв мизерен не потому что я слаб, а потому что мир не принимает меня, он не доверяется мне.
С другой стороны энергия Жизни. Это был ревущий фьорд, пробивающий себе путь через тающие льды и размывая их он усиливался с каждой секундой. Это было яростное пламя, пылающее глубоко в груди, оно согревало, но стоило чуть ослабить заслонку, могло и обжечь. И здесь я тоже дошел до сути. Я смог стать Тенью в столь позднем возрасте не из-за скрытых талантов, а только потому что в одном теле томиться жизненная энергия двух существ. Так что все как я и сказал – мне понадобилась полгода сидения в библиотеке чтобы докопаться до сути своих возможностей, вот только в магической практике это не помогает мне ни на йоту.
– Что на тебя нашло? – прошептала Лейла, когда разговор стал затухать одновременно с гаснущим светом.
– Понятия не имею, – что-то я сегодня вру и не краснею. – Кажется дает о себе знать моя будущая профессия.
– Не будешь сдерживаться и никакого будущего не будет.
– Туше.
Тут зал погрузился во мрак и мы замолчали. Нацепив очки каждый сконцентрировался на сцене. На площадке, обставленной в готическом стиле, появились первые действующие лица и через мгновение зал заполнила вязкая как цветочный мед музыка. На сцене все прибывало, и не только людей, пели и гномы и эльфы, что самое удивительное некоторые арии пели и темные и лесные ушастые. Появилось даже несколько орков, своим грубым голосом буквально взорвавшие мои уши, но народу нравилось. Первый акт идет ровно час, затем четверть часа на антракт, это значит что у меня будет всего двенадцать минут для выполнения задуманного, ну пока я могу насладиться оперой, ведь все приготовления уже сделаны, и письмо дожидается адресата.
Само произведение не отличалось особой оригинальностью, во всяком случае для меня, человека который в театрах провел столько времени, что впору было называться ценителем.
Началось все с появления, вы думали кого, правильно, эльфийской принцессы. Как и положено принцессе она пела, правда хорошо если хоть несколько разумных из зала понимали что она поет, так как из её уст доносилась древний Высокий язык, который и я-то с трудом понимал. В целом довольно симпатичная ушастая довольно приятным голосом поведала нам о своей нелегкой жизни.
