Боги как же велик этот зал, уже кажется две минуты прошло, а мы все еще идем к центру, где собрались знакомые этой троицы. Вот только у меня назревает один вопрос, я то что буду делать в обществе этих высоких господ. Вон у одного пузана общая стоимость уркашений больше, чем мы вынесли из Мальгрома. А вот мимо прошевствовал какой-то старик и на его груди плавно покачивался орден с крупным бриллиантом, и когда я говрю крупный, то подразумевая махину размером с орех. Ну а про дам и вовсе гвоорить нечего, они блистали подобно новогодным елкам. Всех демонов бездны мне в одно место, да если выставить на пики хотя бы двух человек из этого зала, можно себе не плохо домик в южных провинциях Рагоса прикупить. Посадить виноградник там, обустроить усадебку и жить себе вино попивать
– Дирг, дружище! – раздался чей-то баритон, а я вздохнул с облегчением. Все же мы добрались, и теперь я могу не обращать внимания на эти прожигающие душу взгляды.
– Элиот! – улыбнулся рыжий. – О, и несравненная Азалия здесь.
Когда мы подошли поближе я имел честь лицезреть обычного паренька лет девятнадцати и девушку примерно того же возраста. Как и все богатые люди они обладали внешней уверенностью, правильностью черт лица и строгой осанкой. Платье девушки не отличалось особой изысканностью, впрочем это компенсировало ожерелье из черных бриллиантов. Ну и парнишка по имени Элиот оделся в модный нынче костюм карнавального клоуна, ну, это я его так называю.
– Господин Гийом, – распылалась в реверансе девушка с именем цветка. – Я тоже рада вас видеть. Не представите ли нам своих друзей?
Как обычно дальше последовал сложный ритуал знакомства, но как обычно все это действо споткнулась на мне. Парочка обвела меня оценивающими взглядами и если девушка еле заметно скривилась, выражая глубокую степень недовольства, то парень просто сверкнул гневными очами и в нарушение всех норм этикета не протянул мне руку. Впрочем я и не очень стремился быть со здешними на равных, у меня немного другие цели.
– Вы подбираете нового лакея в Семью? – приподнял бровь пацан и он действительно был даже не юношей, а пацаном, узкие плечи и холеные ручки тому доказательства.
– Ну что ты, что ты, – отмахнулся Дирг и подмигнув собеседнику, добавил. – Это место и поныне остается вакантным.
После этой фразы на миг повисла звенящая тишина, а потом нам пришлось засмеяться иначе бы этот тонкий выпад можно было бы считать за оскорбление. И хоть я и не знал титулы этих двух представителей золотой молодежи, но все же догадывался что не ниже приставки "ним".
– Академия все же не смогла лишить вас искрометного чувства юмора, – чуть покраснев улыбнулась Азалия отчего норманн побледнела еще сильнее, впрочем, это заметил лишь я и то только потому что смотрел в её сторону.
– Рыжий, мелкий! – крикнули со стороны нашей Лиз.
К образовывающемся кружку прошествовал некто неизвестный. Высокий и статный парень, которого по ошибке можно было бы принять за гвардейца. Он был одет в парадный мундир, обильно украшенной золотой вышивкой, а с пояса свешивались боевые ножны хотя рукоятка оружия больше напоминала стенд драгоценностей. При каждом шаге этого странного человека раздавался характерный звон – серебряные шпоры на ботфортах позвякивали об мраморный пол.
– Герман, гуляка, а я уж думал ты не придешь, – усмехнулся Дирг.
– Ну не мог же я пропустить этот праздник души, – развел руками Герман и ловко подхватил с подноса проходящего мимо служки бокал с шампанским. – До дна, – сказал он и одним залпом закинул в глотку алкоголь.
– Я поражаюсь твоей несдержанности, – скривился Элиот.
Герман подошел к нам и влившись в кружок, поцеловал ручки дамам. Закончив с этим он, наплевав на все нормы, сразу перешел к разговору.
– Что поделать, старый друг, война меняет людей. А служба в конной гвардии меняет еще и привычки.
Вот теперь все встало на свое места. Мне посчастливилось лицезреть отголосок собственного прошлого. Кажется с этими ребятами мы пересекались после перехода Харпуда. Те еще свиньи. Никаких понятий, ведь в конной гвардии служат одни только дворяне, так что это подразделение считается элитой. По всей Империи гремит слава о их непобедимости, впрочем я не помнил что бы они хоть раз вступали в бой. И когда мы с ними пересеклись, то горько пожалели о том что наемники де-юре подчиняются служивым. Наши обозы буквально обобрали "на нужды передовой", те две декады пока летучие отряды не набрали в зимнем лесу дичи, нам пришлось голодать и затягивать пояса.
– И где же вы воевали?
Народ повернулся в мою сторону, как будто не веря что я еще и разговаривать умею.
– Знамо где! – засмеялся гвардеец, небось чином не младше капитана отряда, что приравнивается к нашим полковникам. – В Нимии, где ж еще.
– Насколько мне известно в Нимиийской кампании наши силы были разбиты на три фронта. Неужели конная гвардия столь славна что успела побывать на всех?
