— Не знаю точно. Думаю, я нахожусь здесь уже несколько сотен лет. Когда Ахура Мазда похитил меня, мне было двадцать семь. Женщины в королевстве яфиров никогда не стареют. Но нас предупредили, что, если мы покинем эти земли, то немедленно состаримся.
— И это действительно так. Похищенные женщины, которые вернулись в Бельмаир, превратились в старух, — ответила Синния. Ей пришло в голову, что это еще одна причина, по которой она не может вернуться в Бельмаир.
— Я первая, кого Ахура Мазда взял в жены, — сказала Арлаис. — До того как Ахура женился на мне, он в течение нескольких столетий боролся за власть в королевстве яфиров. Когда-то у него была жена из клана яфиров. Она умерла вскоре после того, как родила Ахуре сыновей-близнецов. Они выросли еще до того, как Ахура на мне женился. Минау живет здесь уже почти триста лет. Волюпия прибыла сюда семьдесят лет назад. Орея и Тина живут с нами уже сто пятьдесят лет. Все мы остались в том же возрасте, в каком нас похитили из Бельмаира. Минау — двадцать три года, Волюпии — девятнадцать, Орее — двадцать. А сколько лет тебе, Синния?
— Мне недавно исполнилось восемнадцать, — ответила Синния.
— Значит, ты самая молодая из нас, — с улыбкой заметила Арлаис. — Те, кто родились в королевстве яфиров и чьи предки были яфирами, взрослеют как простые смертные, но очень долго не стареют. Ахуре Мазде уже по крайней мере два тысячелетия. Он уже прожил первый этап своей жизни. И я очень горжусь тем, сколько он успел сделать за это время. Если мне всю жизнь будет двадцать семь лет, я хочу, чтобы Ахура всегда оставался таким же горячим и пылким любовником.
Женщины, соглашаясь с ней, закивали.
— Но как вы делите своего мужа между собой? — спросила Синния. — Неужели вы не испытываете ревности?
— Но почему мы должны ревновать? — не поняла Минау.
— Ахура Мазда очень добрый, — отозвалась Орея.
— И он одинаково нежен и ласков со всеми нами, — продолжила Тина.
— Оттого, что у него несколько жен, он не становится менее горячим любовником с остальными, — пояснила Волюпия. — Мы и к тебе нисколько его не ревнуем, даже рады, что теперь его пыл разделится и на тебя. Остальным достанется меньше его неукротимой страсти, которая, по правде говоря, даже утомляет. Временами он успевает вымотать одновременно двух из нас.
Женщины хихикнули.
— Но как он успевает заняться любовью со всеми вами и никого не обделить? — Несмотря на невеселые мысли, Синния никак не могла совладать со своим любопытством.
— Он занимается любовью с каждой из нас по крайней мере раз в неделю, — принялась объяснять Арлаис. — Но так как ты его новая жена, в течение нескольких недель он будет заниматься любовью только с тобой. Он хочет, чтобы ты как можно скорее забеременела, чтобы тебя признали способной к деторождению. Орея и Тина сейчас беременны и не могут ублажать его, поэтому в течение последних двух месяцев мне, Минау и Волюпии приходилось брать удар на себя. Мы будем рады, что теперь сможем хоть немного отдохнуть, — объяснила Арлаис и дружелюбно улыбнулась Синнии.
Арлаис подала своим подругам знак, они вышли из ароматной воды, и невозмутимые евнухи принялись вытирать их большими пушистыми полотенцами. После этого женщины легли на мраморные скамьи, и евнухи стали массировать их тела. Наконец они покинули ванную и перешли в гостиную. Синния с удивлением отметила, что комната странной круглой формы имеет семь дверей. Одна из них вела в коридор, а остальные шесть — в спальни женщин.
Молчаливый слуга принес им пирожных и графин, наполненный золотистым напитком. Он осторожно поставил поднос на маленький столик, вокруг которого на больших разноцветных подушках расселись женщины.
— Угощайся, тебе больше нечего опасаться, ты уже ела пирожные и пила вино с Ахурой Маздой, — обратилась к Синнии Арлаис, протягивая ей бокал. — Я тебя не обманываю, честное слово.
— Теперь это не имеет никакого значения, — грустно сказала Синния. — Все равно я никогда не смогу вернуться домой. — С этими словами она сделала большой глоток вина, и по ее телу разлилось странное спокойствие. Но, несмотря на то что ей стало лучше, грустные мысли ее не покинули, и она тяжело вздохнула.
Арлаис переглянулась со своими подругами — те понимающе кивнули. Все женщины, похищенные из Бельмаира, поначалу чувствовали себя, как сейчас Синния. Но они знали, что, несмотря на свое горе, Синния скоро будет счастлива и довольна своей жизнью. Ей понравится в королевстве яфиров. Арлаис взяла с подноса глазированное пирожное и с улыбкой протянула его Синнии.
— Съешь вот это, — сказала она, и Синния послушно приняла пирожное из ее рук.
