— Ну… поскольку сумма была особо крупной — ВОХР выделил четырех вооруженных инкассаторов. — Кораблев говорит медленно, хмурясь, постоянно прислушиваясь к докладам групп ПМГ. — Один — за рулем, один ведущий связь по линии радиоконтроля, Строчков — рядом с водителем. Двое в фургоне — у сумки с деньгами. Радиоконтроль шел нормально. Но примерно на третьей минуте после выезда из таможни дежурный по УВД майор Рятсепп, ведущий радиоконтроль по перевозке, услышал сильный треск. Рятсепп тут же спросил: «Седьмой, что случилось? У вас все в порядке?» Ответственный за контроль в машине Строчков спокойным голосом ответил: «Да, все в порядке… Наверное, какая-то помеха». Теперь ясно, что эту помеху кто-то подал в эфир умышленно. Далее радиоконтроль снова шел нормально — до шестого километра. На шестом километре на волне радиоконтроля снова раздался сильный шум и треск. Дежурный снова спросил: «Что у вас происходит? У вас все в порядке?» После паузы голос, как теперь выяснилось, не Строчкова ответил: «Все в порядке… Опять, наверное, та же помеха». Дежурный продолжал контроль, но в ходе связи голос показался ему подозрительным. Рятсепп задал проверочную фразу-пароль. Услышав неправильный отзыв, тут же поднял тревогу, и через десять минут по указанию начальника УВД города с одновременным подключением погранзаставы был блокирован весь район налета, а также все подъездные пути, включая параллельные. После опроса шоферов, проезжавших мимо и видевших фургон инкассаторов сразу после аварии, была установлена примерная картина происшествия. У машины «Хлеб» и перевернутого фургончика инкассаторов стоял мотоцикл ГАИ и человек в форме младшего лейтенанта милиции, который показывал жезлом проходящим мимо машинам — проезжайте, не останавливайтесь. Еще один человек, в гражданской одежде, был замечен у задних дверей перевернутого фургончика. Тем не менее по прибытии на место аварии первых групп ГАИ, милиции и пограничников никого у места аварии не оказалось. В машине инкассаторов находилось четверо. Один — Строчков — не подающий признаков жизни. Трое в бессознательном состоянии: инкассаторы Карин, Лушаков и Баптиданов. Задние двери оторваны. Сумки с валютой в фургоне не оказалось. В поисках исходим из того, что налетчиков было двое. Они скрылись с похищенной сумкой на мотоцикле ГАИ с номером «…1—27», первая цифра не выяснена. Розыск мотоцикла ведется. Как сам видишь — всеми силами. Пока нашли только следы в лесу.
К нам подошел начальник ГАИ города полковник Уусвяли.
— Примерную картину, по следам, конечно, могу описать. Грузовик-фургон «Хлеб», принадлежащий, как выяснено, базе Горпродтранс, шел по шоссе со скоростью, думаю, судя по тормозному следу, километров девяносто. Ну, девяносто пять. От силы. Когда машина инкассаторов приблизилась к нему, грузовик чуть выехал на крайнюю левую полосу. Тут же, увидев идущую сзади машину, показал огнями, что уступает дорогу. Машина инкассаторов пошла на обгон, и тут грузовик, делавший до того вид, что уступает путь, неожиданно снова быстро повернул влево и резко затормозил. Машина инкассаторов на полном ходу врезалась в задний борт грузовика. Шоссе было мокрым. Торможение, естественно, практически ничего не дало. Удар получился сильным, на что указывает характер деформации кабины.
— Первый! Первый, внимание! — перебил объяснение Уусвяли голос, донесшийся из приемника на плече Кораблева. — Первый! Говорит вторая ПМГ! Вторая ПМГ, как меня слышите? Найден мотоцикл. Найден мотоцикл. Номер — «31–27». Машина обнаружена на седьмом километре Нарвского шоссе. Мотоцикл пуст.
— Стойте там, никого не подпускайте! — сказал Кораблев в микрофон. — Поняли?
Сторожев кивнул, мы вместе с ним и Антом сели в «жигули». Милицейский «мерседес» на большой скорости ушел вперед. Я дал газ, нагнал его через километр. Тут же затормозил — вслед за ним.
На шоссе стояли два регулировщика с жезлами. Они что-то показывали в сторону леса. В кустах у первых деревьев я заметил пограничников — они рассматривали землю. Кораблев вышел из машины, вышли и мы с Антом и Сторожевым.
— Товарищ подполковник. — Один из милиционеров кивнул на кусты. — Смотрите. В этом месте он свернул в лес. Следы мотоцикла. А дальше… — Регулировщик прыгнул в канаву на обочине. — Смотрите. Вот тут куст выдернут. Деревцо чуть подрублено. Причем, посмотрите, давно — неделю примерно.
— Как раз, чтобы на Нарвское проехать, — сказал второй регулировщик. — По лесу. Понятно все: путь себе заранее приготовили. Сразу не сообразишь. Искать-то их следы начнут на соединительной, они это знали.
