К месту работ заранее, по заказу командира Амфибии, уже были подвезены цистерны с напалмом, ибо работы для огня тут было немало. Болотное дно вдоль половины давно заросших и заиленных каналов также было уже разведано его Амфибией, чтобы исключить, по возможности, повторения событий, с которых и началось их с экипажем Станции знакомство. Станция теперь неспешно ползла по разведанным для нее маршрутам вдоль русел ручьев и старых каналов, ища радаром скопления монстров. Доработка программы радара Аспирантом сработала на ура, и точность даваемой им картинки почти не отличалась от таковой на сухой местности. Впереди них шла Амфибия, отжигая напалмом и поливая химией воду там, где радар Станции показал опасность, после чего пейзажи вокруг, и без того пугающие, становились еще мрачнее — Команда Станции теперь не видела часто ничего, кроме черной воды и еще дымящихся кривых и заостренных головешек, еще недавно бывших стволами болотных деревьев. Над всем этим замогильным пейзажем не раздавалось ни звука, кроме тех, что издавала сама Станция и ее Тягач. Ничего не шевелилось в воздухе и в, казалось, ставшей полностью мертвой воде, хотя разумом члены команды, конечно, понимали, что там, в черной глубине, их все еще ждет лишь временно затаившаяся смерть. Огонь был эффективен только против "зеленой слизи", жившей на поверхности воды. Более крупные же особи на глубине вода надежно защищала, а потому эффект был, скорее, отпугивающим. Настоящая очистка будет проведена позже, когда воду удастся убрать, и поверхность бывших плантаций немного подсохнет.
Однако, и этого, в сочетании с дожиганием остатков чужеродной жизни радаром, хватало для начала работ хотя бы тяжелой техникой, которая тоже появилась на болотах через пару дней. Это были два старых экскаватора, закрепленных на сделанных из всего, что было в мастерских под рукою, понтонах. Экскаваторы вытаскивали со дна канала ил и слизь, перекладывая их на невидимые пока под водою берега. Специальная группа рабочих с паяльными лампами регулярно обрабатывала понтоны и рабочие органы этих машин огнем. В противном случае слизь приобретала форму червей или еще каких-то существ, после чего расползалась дальше, нападая на все, что встречалось на пути. На мелководье, где понтоны не могли пройти, на дно болота клали гати, после чего на них спускались сами экскаваторы. После очистки участка канала гати разбирали и грузили по частям на понтоны, или сразу собирали на участке рядом.
Работу требовалось вести по 12 часов в день без выходных. И это не была прихоть руководства — каждый очищенный участок надо было быстро обработать, пока монстры не вернулись на него. Каждый час промедления делал работу более опасной.
Еду рейнджерам и команде Станции подвозили нанятые Главой Колонии фермеры, чтобы минимизировать их контакты с населением. Так же обеспечивали экскаваторщиков и некоторых других ключевых рабочих высокой квалификвации. Вместе с тем, на осушении болот трудилось и много другого люда, которых обеспечивали и оберегали не так трепетно. Обычно это была самая опасная работа — ручной труд на грунте, поскольку от мелких монстров таких рабочих защищали лишь болотные ботфорты и примитивные защитные костюмы. От небольших контактов монстров с кожей и даже мелких укусов человека, как правило, спасал иммунитет. Но если организм человека или животного был мертв или сильно ослаблен, он весь довольно быстро превращался в монстра, часто сохраняя при этом в значительной степени свою внешность и некоторые элементы поведения. Одного только вида такой твари могло быть достаточно, чтобы лишить рассудка слабого человека. В сочетании же с невероятной ее живучестью и агрессивностью, это была, наверное, одна из самых страшных сущностей, с которыми в этом мире можно было вообще столкнуться! Потому сильно зараженных людей в эти суровые времена пристреливали не колеблясь, а труп сразу сжигали. И жертвы часто сами были рады такому исходу. Пара таких случаев произошла уже в первую неделю работ. Один — даже на глазах Команды Станции.
