Вот, кто у нас сейчас тут самый уважаемый? Тот, кто богатый и успешный фермер, или искусный мастер, инженер, кто может сделать что-то, или починить, что сделать другим не под силу. А там кто будет? Ну, ясно, кто на скважине главарь, потом его ближайший круг холуев, потом головорезы ниже рангом, кто охраняет их и делает поборы с населения… А инженеры и крестьяне, они будут в его земле как эта грязь, в которой эти бедолаги копошатся. И побегут от него все, кто себе цену знает. Кто есть рукастый, головастый, они место под солнцем себе везде найдут. А кто останется? Кто к ним на службу с радостью поступит, ну, то есть, кто в душе такой же отморозок. Они будут, как черви, грызть и подсиживать друг друга, чтобы занять поближе у кормушки место. Ну, или кто не сможет никуда уйти, останутся, больные, слабые, и те, кому цена невелика. И вот сейчас ты фермер, скажем, а завтра ты уже бежишь куда подальше, или же служишь. А ферма уж твоя бурьяном заросла, и монстры ходят уж по ней пешком! Ну, или ты смирился, скажем, работаешь на ферме, но каждый день дрожишь и прячешься, чтобы не выделиться из толпы и не попасться на глаза кому-нибудь из власти. Они, ведь, могут с тобою сделать, что хотят — ограбить, может, и убить, ведь ты там — грязь! И все соседи тоже, не то, что заступиться голос не подаст никто, они и сами будут рады часто донести что-нибудь на тебя. И, вот, скажи, будешь стремиться ты расти там как-то, богатеть, чтобы лучше быть других, тебя все уважали…? Конечно нет! Ведь выделишься — так сразу могут все отнять служивые хозяина. Ну, разве только, чтобы денег тайно подкопить да и сбежать куда-нибудь. Да и хозяину с его холуями это не надо, чтобы там что-то делалось, росло, развитие какое было. Они и с нефти хорошо живут, зачем вся эта грязь им? Да у них и не растет там ничего уже давно, все покупают тут, в Конфедерации.
— А зачем им своя станция обеззараживания тогда? — спросил Аспирант.
— Ну… кто их знает, может, для престижа. Они же все считают и друг другу говорят, что они — избранный народ, высшая раса и так далее, а с монстрами сделать толком ничего не могут. А может, понимают, что скоро нефть у них закончится, новых скважин то не бурили после Катастрофы, да и некому это делать у них. А у нас давно идут разговоры, что Конфедерация будет оживлять пытаться старые места добычи на Юге, как только удастся там очистить все от монстров… А может, просто хотят меньше от нас зависеть. Никто не знает, что там в голове у их Великого Хранителя… Далеко на Севере, на берегу Океана, у них тоже есть какие-то крестьянские колонии. Там были когда-то отличные земли. Но, про них в последнее время очень мало что слышно, может, поди, и разорили они их там уже давно своей бестолковостью…
В любом случае, Студент, будешь в тех краях — поумерь свое любопытство и держи язык за зубами. Если ты там не элита и не хозяин жизни — лучше не привлекать внимание к себе. От внимания в таких местах всегда бывает только хуже… — закончил пожилой рейнджер.
Между тем, работа двигалась, и через месяц можно было видеть первые ее результаты — уровень воды в болотах снизился на полметра, и уже кое-где начало проступать покрытое пушистым зеленым веществом дно. По нему изредка ползали монстры, но рейнджеры не отвлекались на них, продолжая заниматься главным делом — расчищать дренажные каналы. С высокой платформы Станции было видно намного дальше, чем с земли или амфибии, и потому члены команды иногда разглядывали в бинокль Командира этих существ, которые заметно отличались от тех, что жили в степях и в предгорьях. Как и в Степи, форма существ была самая разнообразная и экзотическая. Однако, отдельные их части казались хорошо знакомыми, как будто сам доктор Франкенштейн разрывал на части земных животных и сшивал их в случайные комбинации. Здесь это часто были куски обычной болотной живности — рыб, цапель, каких-то еще птиц, клешни крабов и еще неведомо что. Из самых разных мест могли торчать головы, клювы, когти, клешни и остекленевшие рыбьи глаза. Возможно, через некоторое время попадется и что-то человеческое… Рассказывают, что человеческих "зомби-монстров", как их тогда называли, было немало в первые годы после Катастрофы. Но выжившие люди старались их убивать в первую очередь, поскольку именно они казались им самыми опасными и зловещими. Сейчас же, когда человек уже не так часто становится монстрам пищей, такие "зомби" стали редкостью, и потому увидеть их здесь было маловероятно.
