Каждый вечер после работы Командир навещал Сержанта и Капитана. Иногда к нему присоединялись и другие члены Команды. Невольников не привлекали ни к каким работам в Колонии, опасаясь инцидентов, да и еще более обострять отношения с Командой руководство явно не хотело — они все еще обладали уникальными знаниями и навыками и делали то, что не мог делать больше никто в этой стране. Потому оба охранника Станции коротали время взаперти. К тому же, они не шли на контакт: Нефтяников Капитан и Сержант считали теперь врагами, противниками в войне, а любую попытку общения — допросом, на котором любой достойный боец должен молчать, не говоря ни слова информации без санкции своего командира. Потому жители комендатуры довольно быстро потеряли к ним интерес, а потом даже почти забыли о существовании узников в дальней комнате.
Собственно, кроме стороживших Сержанта и Капитана тюремщиков никого днем на базе обычно и не было — вся военная техника, а также второй грузовик с солдатами, теперь всегда дежурили неподалеку от места работы Станции. Генерал считал, что в любую минуту ее могут попытаться отбить бандюки или какие-либо еще наемники Конфедерации. И уже через неделю опасения его действительно подтвердились.
Однажды вечером вернувшиеся на базу вояки обнаружили, что двери комендатуры открыты, а на площадке перед нею лежат тела расстрелянных тюремщиков. Лишь двое из них были еще живыми. Также на площадке лежала пара трупов бандюков, очевидно, участвовавших в нападении. Капитан и Сержант бесследно исчезли. Фермеры рассказали, что нападавшие приехали на квадроциклах со стороны холмов, обойдя фермы с Севера. Их было около пятнадцати. Все случилось внезапно, и шестеро тюремщиков не успели оказать должного сопротивления. Момент для нападения был выбран, когда двоих заключенных с завязанными руками вывели наружу, вероятно, для справления нужды. После короткой перестрелки с тюремщиками им обоим надели мешки на головы и сразу же увезли. Бандиты даже не стали заходить внутрь здания — очевидно, пленники, это все, что им было нужно. Несмотря на потери, Генерал воспринял случившееся как свою победу: Его предположения полностью оправдались, и постоянная усиленная охрана Станции была верным решением. Да и в Команде Станции нужные для работы люди не исчезли. С другой стороны, выжившие рассказали, что пленники активно сопротивлялись своему "освобождению" и даже пытались сбежать. И если бы руки у них не были связаны за спиною, результат нападения мог бы быть совершенно иным, поскольку даже с завязанными руками подчиненные Командира смогли покалечить нескольких нападавших.
"Наверное, эти инженеры действительно были не в курсе грязных дел своего руководства", — решил Генерал. Вечером он вызвал Командира к себе, чтобы обсудить случившееся. Командир настаивал, что долг Генерала, как честного человека, немедленно найти его людей, поскольку они были похищены в землях Нефтяников, когда их лишили возможности защищаться, не обеспечив должной охраны взамен. Прямым отказом Генерал не ответил, но вряд ли собирался отвлекать на это от охраны Станции даже малую часть своих людей. В то же время, они сошлись в том, что бандюки взяли, вероятно, не тех, кого хотели — их целью, были инженеры и техники. Или же они просто хотели больше узнать о работе Станции и ее уязвимых местах хотя бы от кого-нибудь на ней работавшего. В любом случае целью бандюков или того, кто стоит за ними, было сделать Станцию неработоспособной. "То, что вы говорите о Конфедерации и похищенных приборах, для нас полная неожиданность. Если это действительно так, я не уверен, что мы захотим вернуться туда в ближайшее время, — сказал Командир Генералу в заключении. — Если бы мы хотели сделать использование Станции невозможным, нашли бы для этого десяток способов даже с вашими солдатами за спиной. Потому ищите, кому это выгодно на самом деле. А мои люди не станут сообщать бандюкам никакой информации, способной нам навредить", — закончил он.
Между тем, пока Командир беседовал с Генералом, двое, судьбу которых они обсуждали, тряслись по кочкам, задыхаясь от пыли и песка из под колес несущихся на максимальной скорости квадроциклов. Их руки и ноги были привязаны к сиденьям, а на головах были мешки. Но оба пленника все равно непрерывно думали, как они могут сорвать планы их похитителей и выкарабкаться даже из этой ситуации. Они ехали всю ночь и весь день. Иногда бандюки останавливались и заглядывали под мешки на их лица. Несколько раз даже давали воды и дважды отвязывали, давая полчаса полежать на песке. По всему было видно, что пленников им велено было доставить непременно живыми и не покалеченными. Капитан и Сержант давно поняли по разговорам, какая именно банда их похитила — это были Степняки. Мешки с их голов сняли только в лагере.
