- Надеюсь, тебе понравится в тюрьме, папочка, - выплюнул я, глядя на Самойлова старшего. – За грехи нужно платить.
- За какие? – зло гаркнул мой отец. – Я ещё ничего не успел совершить.
- Да хотя бы за убийство бывшего директора. Ты так хотел получить акции, что пошёл и на это.
- Нет, - взвился со своего места Мамон, - мы не хотели его убивать, это случайность.
- Идиот, - отец прикрыл глаза, - вокруг меня сборище идиотов.
Больше он не произнёс ни слова, позволяя людям Озерского надеть на себя наручники.
- Белочка, - от дикого визга со стороны ноутбука, стоящего на столе, я вздрогнул, - ты был бесподобен!
Я посмотрел на экран, где обнаружились мордашки Алекса, Люсьена и Родьки с Олегом. Они всё прекрасно слышали и частично видели.
- Как и всегда, - победно, но и немного грустно, улыбнулся я.
Эпилог
Леон.
Лизе очень понравился наш московский дом. Она с крейсерской скоростью перемещалась из комнаты в комнату и, наконец, оказалась в нашей с Женькой спальне.
- Ух ты! – ребёнок заворожено уставился на огромную кровать. – Хочу такую же!
- Зачем? – я недоумённо посмотрел на девочку.
- А вам зачем? – тут же прищурился ребёнок.
- Ну…- и что на это прикажите ответить?
Я беспомощно посмотрел на Женьку, но он только тихо хихикал и всячески старался мне показать, что я должен выпутываться сам. К счастью, Лиза не стала заморачиваться вопросом с кроватью, тем более, в дверь позвонили. Пришли Родька с Олегом.
- Знакомься, Лиза, - Женька поднял девочку на руки. – Это Родион – твой брат, а это Олег – его парень.
- Папа, - жаркий шёпот Лизы услышали мы все, - а уводить парня у своего брата - это очень плохо?
Олег, услышав это, улыбнулся, сверкнув ямочками, а Родька нервно закашлялся:
- Кругом одни конкуренты. Одуванчик, ты просто нарасхват. И вообще, юная леди, а вам не рано о парнях думать? Подожди лет десять.
- Вот и чудно, - Лиза согласно кивнула, - через десять лет ты состаришься…
- Мне будет всего тридцать четыре, - возмутился Родька, он, кажется, забыл, что разговаривает с маленькой девочкой.
- А я о чём? Состаришься, а я буду молодой и красивой. И твой парень сам выберет меня. С вами со стариками ему будет скучно.
- Так мне тоже уже будет за тридцать, - хихикнул Олег.
Лиза задумалась, а потом тряхнула кудрями, видимо, придя к какому-то решению.
- Эх, и почему мне в любви сразу не повезло? Давайте, хоть в карты на шоколадки сыграем, надеюсь, в них мне повезёт.
Смеялись мы долго, а потом, расположившись в гостиной на полу, играли в карты. Не знаю, что ждёт нас в будущем: может быть новые приключения, но одно я знаю точно, в нашем доме всегда будет жить её величество ЛЮБОВЬ.
Люсьен.
Все тайны и загадки были разгаданы и мы с Дюймовочкой с лёгким сердцем отправились отдыхать. Я долго думал, куда его отвезти, но не смог придумать ничего лучше моего самого любимого места. Когда-то мой отец купил виллу на Средиземном море, и мы часто ездили туда на отдых. Её ценность была в том, что рядом не располагалось никакого другого жилья, небольшой итальянский городок располагался где-то в двух километрах западней, так что мы могли наслаждаться одиночеством.
Алекс бросил сумку в прихожей и улетел на море. Он заворожено остановился у самой кромки прибоя и благоговейно смотрел на зеленоватую водную гладь, которая искрилась в лучах заходящего солнца.
- Мне иногда кажется, что море живое, - фея взял меня за руку, - посмотри, оно словно дышит. Здесь красиво.
Он повернул голову и посмотрел на меня. Его глаза искрились от восторга. Ветерок трепал волосы с многочисленными серебристыми прядками.
- Ты неимоверно красив, моя фея, - я осторожно притянул его к себе.
Алекс не стал сопротивляться, он прижался спиной к моей груди и откинул голову мне на плечо. Так мы и стояли, глядя на белые барашки, украшавшие волны, и думая каждый о своём.
Мне впервые было настолько легко и спокойно. Я ощущал ровное тепло, идущее от гибкого мальчишеского тела, прижавшегося ко мне.
Солнце медленно и величественно опускалось за горизонт, в его свете белый песок пляжа приобрёл слегка розоватый оттенок. Огненный диск коснулся воды, и мне показалось, что она сейчас зашипит, испаряясь.
- Скажи, - голос Дюймовочки был очень тих, настолько, что я еле расслышал его, - что с нами будет дальше?
- Это так важно? – я поцеловал его в макушку.
- Да, это очень важно, Люсьен, - Алекс повернулся ко мне и положил руки мне на плечи. – Мне иногда кажется, что мы живём в какой-то сказке. Красивой и очень счастливой. Вот только иногда становится страшно, а вдруг автор, который пишет эту сказку, решит, что с нас хватит счастья?
Я нежно убрал с его щеки прилипшую прядь волос и ответил:
- Мы сами создаём свою жизнь, и пишем нашу историю, и только от нас зависит, что случится потом. Я люблю тебя, моя фея, и надеюсь, что ты любишь меня. И пока это так, счастью не будет конца.
Алекс согласно кивнул и потянулся к моим губам. Поцелуй был ласковым и мягким. В нём не было страсти и огня, только щемящая нежность.
