Услышал, как зашуршали тяжёлые шторы, и комната погрузилась в приятный полумрак, что позволило мне снова открыть глаза. Светобоязнь отступила, и я, наконец, смог оглядеться вокруг. Не в склепе, и это уже радует. Судя по всему, нахожусь в своей спальне. Дышать тяжело, голова раскалывается, а во всём теле неприятная слабость.
Почувствовал, как мне на лоб легла прохладная рука, а затем нежно погладила по щеке.
- Ты как себя чувствуешь, маленький? - Люськин голос я бы узнал и из тысячи других.
- Как будто попал под асфальтовый каток. Что со мной? Последнее, что помню, уснул в склепе.
- Что я могу сказать, - Люська улыбнулся, - мы с тобой опытным путём доказали, что заниматься любовью в сыром холодном помещении было очень плохой идеей. Ты умудрился подхватить быстротекущую пневмонию, и провалялся без сознания почти двое суток.
- Сколько? – я на секунду опешил.
- Двое суток, - повторил Люська. - И это были самые кошмарные дни в моей жизни. Ты уж, Дюймовочка, больше меня так не пугай. Ты от высокой температуры бредить начинаешь. Меня чуть не убил.
- Как это? – я нервно сглотнул, почему-то его слова оставили неприятный осадок и отразились болью в висках.
- Ты всё просил кого-то тебя не трогать. Жалобно так. Я попытался тебя утешить, но ты так меня отпихнул, что я чуть стену головой не протаранил. И откуда только силы взялись? А потом ты плакал, и без остановки повторял, что ты не плохой, и ты не хотел. Не просветишь, что бы это значило? – он заинтересовано рассматривал меня.
Головная боль стала нестерпимой. Я, застонав, откинулся на подушки. Что-то в его рассказе меня сильно напрягало, откуда-то с задворков памяти всплыла картина: мужчина наклоняется надо мной и тихо шепчет: «Не бойся, малыш, я не сделаю ничего плохого», - но я точно знаю, что он врёт. В мозгу заполыхал пожар и я снова отключился, а когда в очередной раз пришёл в себя, то увидел абсолютно бледного Люську, который держал меня за руку и нежно целовал мои пальцы.
- Ты напугал меня. – Он прижал мою руку к своей щеке, и я нашёл в себе силы нежно погладить его.
- Больше не буду. Долго я был без сознания в этот раз?
- Всего час. И чтобы этого не повторилось, ни слова о твоём бреде, - а вот тут я был с ним согласен. Что-то мне подсказывало, что если я продолжу об этом думать, то узнаю о себе что-то нелицеприятное.
- Ты есть хочешь? – Люсьен заботливо усадил меня, подоткнув мне под спину подушки.
Я прислушался к себе:
- Есть не особо, а вот пить очень хочу.
- Сейчас позову Сюзи. – Люсьен вышел из комнаты, но довольно быстро вернулся в сопровождении незнакомой, улыбающейся девушки.
Девушка держала в руках поднос, но, насколько я успел рассмотреть, там была далеко не еда.
- Подставляйте попу, молодой человек, - лучезарно улыбнулась незнакомка и взяла с подноса шприц, уже наполненный лекарством.
Я собрал глазки в кучу, и прикинул, не потерять ли мне сознание ещё разок, но Люська мои попытки отключиться пресёк на корню.
- Э нет, фея. Пожалей мои нервы. Ты уже большой мальчик и, думаю, один укол в состоянии выдержать.
Ударить в грязь лицом я не мог, поэтому стоически вынес экзекуцию.
- Вот и умница, - девушка потрепала меня по волосам, - сейчас я пришлю Сюзи с бульоном и травяным чаем. Люсьен, проследите, чтобы он всё съел и выпил.
- Хорошо. И спасибо, Эви. Ты очень помогла.
- Не за что, – снова улыбнулась девушка, а я нахмурился: и что это Люська на неё такими глазами смотрит?
Я застонал и положил руку на голову, Люська тут же наклонился надо мной.
- Маленький, тебе опять плохо, - в его голосе сквозила явная нежность и забота. Я притянул его к себе и поцеловал в губы, а затем с вызовом посмотрел на Эви. Она засмеялась:
- Хорошая демонстрация. Волчонок метит территорию? Не беспокойся, малыш, у меня другой ареал охоты. Люсьен, - девушка вернула себе серьёзность, - врач придёт завтра. Я вечером приеду, сделаю ещё один укол. Последи за тем, чтобы он не переутомлялся. Всё, всем пока, я за Сюзи.
- Это кто? – я ревниво посмотрел вслед уходящей Эви.
- Медсестра, она за тобой наблюдала и делала необходимые уколы. Как ты понял, зовут её Эви, а наша Сюзи приходится ей тёткой.
Я пожал плечами, вот уж что меня меньше всего интересует, так это родственные связи моей медсестры.
- Расскажи лучше, как мы из склепа выбрались. Я, как ты понимаешь, ни черта не помню.
- Нас нашёл Тьерри, - начал Люсьен, но замолчал - пришла Сюзи, которая немного надо мной поохала, оставила небольшой столик с бульоном и чаем, который пах малиной, мёдом и мятой, и ушла. – Так вот, - продолжил своё повествование Люська, - Тьерри нашёл в кабинете записку с нашими расшифровками, слава Богу, у него хватило ума сложить два и два, и он помчался на кладбище. Нашёл ангелочка и освободил нас из плена.
- А Мэтти? Что с ним?
- Мы не знаем,- Люсьен отвёл глаза.
- Колись, давай, я всё равно от тебя не отстану.
- Когда Тьерри пришёл на кладбище, там никого не было, но на могильной плите явственно проступали следы крови. Помнишь, мы слышали глухой удар? – я кивнул. – Его скорее всего издало падающее тело.
