Когда Шабовски заглянул в зал заседаний с вопросом, что ему сказать репортерам, Кренц вдруг вложил ему в руку составленный четверкой текст, будто бы напрочь забыв о том, что пресс-секретарю правительства Майеру уже поручили выпустить объявление. Кренц позже вспоминал, что, передавая Шабовски текст, он сказал ему, что это будут «новости мирового масштаба». Это представляется маловероятным, поскольку Шабовски даже не потрудился взглянуть на текст до эфира. Как он впоследствии заметил: зачем ему было это делать? Хотя Шабовски не присутствовал при зачитывании вслух текста во время перерыва или на кратком обсуждении во время самого заседания, он спокойно принял бумагу из рук Кренца. Как он позже выразился, «я говорю по-немецки и способен прочесть текст громко и без ошибок», так что подготовка не требовалась. Несмотря на то что ему предстояла короткая поездка до Международного пресс-центра на Моренштрассе и он мог бы взглянуть на текст в машине, он не сделал и этого. Из-за его высокомерия пресс-конференция станет символическим моментом утраты режимом своей способности руководить страной.
Более того, Шабовски едва не забыл прочесть этот текст в прямом эфире. Он начал пресс-конференцию со скучного перечисления списка имен выступавших на заседании в тот день. Местные и зарубежные журналисты, прибывшие в Восточный Берлин, чтобы его послушать, были разочарованы. Петер Бринкман, работавший в Гамбурге журналист западногерманской газеты Bild, приехал на несколько часов раньше, чтобы занять кресло в первом ряду, набросив на него пиджак. Его никто не переложил, хотя из-за огромной толпы слушателей опоздавшим пришлось примоститься у самого края сцены, на которой восседали Шабовски с помощниками, – так что Бринкман сохранил свое место. Но как только пресс-конференция началась, Бринкман подумал, что зря так торопился и даже мог вовсе не приходить. Шабовски, компанию которому на сцене перед собравшейся аудиторией составляли почти всегда молчавшие министр торговли Герхард Байль и члены ЦК Хельга Лабс и Манфред Банашак, сообщал не новости, а лишь бессодержательные резюме недавних партийных дебатов. «Сплошное бла-бла-бла, – вспоминал Бринкман. – Скука смертная».
Том Брокау – американский телеведущий, проделавший ради этой пресс-конференции гораздо больший путь, чем Бринкман, вспоминает, что он отреагировал примерно так же. Несколькими днями ранее Брокау, Джерри Лампрехт (глава отдела иностранных новостей) и Билл Уитли (исполнительный продюсер программы NBC Nightly News) согласились между собой, что последние события в Восточной Германии могут оказаться достаточно интересными и заслуживающими репортажа в прямом эфире. Ранее NBC уже подробно освещала ряд событий в Европе, особенно успех «Солидарности»; после недавних крупных демонстраций в Лейпциге и Восточном Берлине акцент на ГДР представлялся им логичным следующим шагом. Брокау и продюсеры решили, что телеведущий должен поехать в разделенную Германию, но окончательное решение о прямой трансляции они примут, только когда увидят, что смог раскопать Брокау.
Однако ни один из репортажей, что ему удалось сделать с момента приезда в ГДР, не казался достаточно интересным, чтобы пустить его в прямой эфир NBC в США. Брокау и сам понимал, что болтовня Шабовски не годится для прямого эфира: во-первых, репортер слушал перевод в наушниках, во-вторых, он наблюдал в душном зале за другими журналистами – корреспондент Associated Press рядом с ним уже почти спал. Вообще, самим фактом своего присутствия на нескончаемой пресс-конференции Брокау и его съемочная группа были обязаны своему продюсеру Мишель Нойберт – говорящей по-немецки гражданке Великобритании и сотруднице франкфуртского бюро NBC. В ее обязанности входило организовывать интервью для Брокау в его европейских поездках, и она забронировала ему время для интервью с Шабовски, потому что он худо-бедно изъяснялся по-английски. Для этого она приложила немало сил. Нойберт целыми днями пыталась переговорить с Шабовски и добилась своего, когда он согласился дать NBC эксклюзивное интервью сразу после пресс-конференции 9 ноября. Итак, она, Брокау, правая рука Брокау Марк Казнец, а также звуко– и видеооператоры NBC находились там не столько ради самой пресс-конференции, сколько ради последующего разговора с Шабовски. Она уже разместила вторую съемочную группу, которая приготовилась начать запись, в отдельной комнате. Но пока они терпели скучную пресс-конференцию как прелюдию к интервью, Нойберт начала сомневаться, смогут ли они вытянуть из Шабовски хоть что-нибудь полезное.
