Яичкин снова принялся нудеть. Пока он говорил, и говорил, и говорил - о благе народа и безнравственности алкоголя - блог Святого Джозефа бомбордировал интересным. Появились завлекательные фотографии места проведения Бала и открылось голосование за Заглавную Песню. Многие поставили смартфоны на виброзвонки, чтобы ловить уведомления о новых записях тайком от Анафемы.
Когда в блоге появились «уткинсы» робкая Катя Избушкина, обернулась к неразлучной четверке и тихо-тихо попросила приглашение.
- Ты будешь со мной, - сказала ей Соня, - жду тебя завтра без двадцати восемь у семинарии. Не опаздывай.
Катя кивнула и отвернулась.
Финальным крещендо, сыгранным маэстро Чайник на устройствах старшеклассников Святого Иосаафа, явилось сообщение об ангажементе на Бал Святого Джозефа группы «Диско эт зе Криско».
- Даже если меня распнут после Бала, я все равно на него пойду! – заявила решительно на весь коридор Алина Медведь, едва они вышли из заточения в актовом зале. Она была большой фанаткой группы и даже умудрилась выпросить у отца поездку в Лас-Вегас на их концерт.
- Завтра без пятнадцати восемь напротив семинарии, - шепнул ей Кирилл, проходивший мимо, - эээээй!
Анафема, притаившаяся в закутке у чулана со швабрами и занавесками, схватила его за рукав.
- Говори! – прошипела она совершенно безумно, - где будет бал? Кто на него пойдет??? Списки!!!
Не дожидаясь ответа, она принялась засовывать руки ему в карманы.
- Что вы ищете? – насмешливо спросил Кирилл. Он даже не пытался сопротивляться и летал в руках Анафемы, словно бантик.
Анафема выудила пачку сигарет из кармана его рюкзака и бросила ему под ноги.
- Где они? – проорала она ему в ухо, - где приглашения???
- Эй, не лезьте мне в штаны, - захихикал Кирилл, когда понял, что Ангелина примеривается к карманам его брюк.
- Какие списки? – лениво спросила Соня, фотографируя процесс обыска на «блэкберри», - здесь же не тубдиспансер…
Вокруг собралась довольно большая толпа. В ней остались почти все старшеклассники из актового зала, примешалась мелюзга из соседних кабинетов и их молоденькие учительницы, выглянувшие на шум.
- Я лишу тебя стипендии! – Анафема была в отчаянии.
- Не лишите! – сказала Сонька. Она сделала шаг вперед и оказалась в центре толпы.
- Как ты смеешь мне дерзить! – закричала Анафема, схватила ее за руку и дернула на себя. Блузка Сони, которая и так была мала ей на размер, не выдержала натиска завуча. От нее отлетели три или четыре пуговицы, обнажив грудь, упакованную в кружевной бюстгалтер.
Анафема задохнулась негодованием.
- Вау, - ляпнул Кирилл. Он, не стесняясь, разглядывал Соню, склонив голову на бок, как пес, увидевший что-то интересное.
- Зачем вы меня раздели? – спокойно спросила Соня, глядя на свое тело. Ей, как танцовщице, приходилось переодеваться несколько раз на дню и частенько в коридоре. Обнажением на людях ее было не смутить.
- Так оденься! - скомандовала Анафема и отпустила обоих, - и не смей больше ходить по школе без жилетки.
Она повернулась к толпе и та в секунду разделилась пополам, освобождая ей проход. Уходя, она раздавила Кириллову пачку сигарет своей туфлей.
- Твои сиськи спасли мою стипендию, - улыбнулся Кирилл, отшвыривая раздавленную пачку в угол носком кеда, - объявляю им благодарность.
- Чуть что – обращайся, - буркнула Соня и покраснела до корней волос, - пуговицы оторвала.
- На, возьми булавку, - сказала Дженни.
- И надень жилетку, - посоветовал Егор, улыбаясь телефону, - я всё снял.
- Негодяй, - саркастично пропела Сонька.
Тем временем в здании напротив школы Святого Иосаафа, на последнем этаже торгового центра, в тесной и душной редакции газеты «Благая весть» кипела работа.
- Заваркина! – вопила радостная Зуля, - я никогда не делала ничего веселее!!!
- Чуть что - обращайся, - улыбнулась Аграфена Чайник и крутанулась в кресле. Кресло зацепило подлокотником стопку книг и обрушило ее на пол. Девушки лишь проводили ее взглядом: не пытаясь ее остановить и не кидаясь поднимать.
