Коллекция Энни Мэддокс полностью

Пока Тревишем читал письмо, девушка внимательно вглядывалась в его лицо. За те несколько месяцев, что они с инспектором не виделись, Оливии показалось, что он стал выглядеть старше. Странно, но в просторном и светлом кабинете с окнами, выходившими на Темзу, он будто бы ссутулился и стал меньше ростом, тогда как в камберуэллском дивизионе его атлетичная фигура внушала уважение и трепет. Веером расходившиеся на висках морщинки стали глубже, седина в тёмных густых волосах теперь бросалась в глаза.

– Не понимаю, мисс Адамсон, – инспектор недовольно тряхнул письмом и уставился на Оливию с выражением крайнего неодобрения. – Вы же вроде разумная девушка. Ну, по большей части, – довольно обидно уточнил он. – О каком похищении вы мне тут толкуете? Вот же, мистер Адамсон пишет:

– «…Боюсь, дорогая Оливия, что я вновь разочаровал и себя самого, и – нет, прошу, не надо спорить, – уверен, ты тоже разочарована. Я и не ожидал, что обязанности приютского секретаря при всём их многообразии настолько тоскливы. Не знаю, как меня угораздило со всем этим связаться. Как по мне, так это смертельная скука. Вечные шиллинги и пенсы, письма в попечительский Совет, счета от мясника и молочника, книги приходов и расходов…

Но главная опасность – это чёртова печатная машинка, с которой я никак не могу справиться. Умоляю, Олив, попытайся меня понять и не вмешиваться самой. Неудобно, конечно, получилось, что тут ещё скажешь, но мне просто необходимо развеяться. Знаю, что если бы я обратился к тебе, то ты пришла бы мне на помощь, но, пока я путешествую, ты могла бы провести время с нашим общим другом, с которым мы познакомились в театре прошлой зимой…»

Тревишем скривился и бросил листки на стол. На Оливию он теперь смотрел совсем иначе, чем в начале их разговора.

– Прошу, инспектор, прочтите дальше, – взмолилась она, подталкивая к нему письмо. – Я всё объясню, когда вы прочтёте его целиком.

После заметного колебания Тревишем вновь взял лист, уже гораздо более неохотно. Читал он быстро, вполголоса, выхватывая из текста лишь некоторые фрагменты и ничуть не скрывая, что исключительно из вежливости выполняет просьбу незваной гостьи, злоупотребляющей его добротой:

– «…Надо признать, Сент-Леонардс – неплохое местечко для детишек всех мастей. Дела у них идут хорошо, можно только позавидовать сироткам, которым повезло попасть к мисс Эппл. Игрушек здесь тоже полно…»

– Вот, инспектор, вот оно, – Оливия подалась вперёд, – читайте же, умоляю!

Уже не просто раздосадованный, а откровенно недовольный, Тревишем, с досадой встряхнув письмо, прочёл:

– «…В игровой есть даже Ноев ковчег, точь-в-точь как тот, что был у нас в детстве. Помнишь, Олив, как мы любили с ним играть? А какое удовольствие выпить чаю с леди Аннабель!»

– Нет, это уже чересчур, – терпение инспектора себя исчерпало, и он, небрежно сложив письмо, щелчком подтолкнул его к Оливии и поднялся со стула. – Вы, мисс Адамсон, простите, но я скажу прямо: ни о каком похищении мистера Адамсона и речи не идёт. Ума не приложу, почему вам вообще это в голову пришло. Ваш брат самовольно покинул должность в Сент-Леонардсе и даже написал для вас покаянное письмо. Признаюсь, я не удивлён. Мистер Адамсон не произвёл на меня впечатления молодого человека, склонного к усердному труду. Попросту говоря, ваш брат, мисс Адамсон, первостатейный…

– Вы же не знаете главного, сэр! – Оливия тоже вскочила на ноги, а так как ростом она не уступала инспектору, то в битве взглядов победа осталась за ней. – И Филипп вовсе не бездельник. Он ни за что не подвёл бы тех, кто рассчитывает на него, и не написал бы это письмо по собственной воле.

– Получается, мисс Адамсон, что письмо написано не вашим братом, а кем-то другим?