Рядом так же судорожно пытался перевести дух Валентин.
– Лихо, – наконец хрипло выговорил он. – Вопрос только, совсем она ушла или вернется.
– Не знаю, – пробормотал Серега, водя вокруг себя рогаткой словно стволом пистолета. – Она не вернется – другие придут. Монах предупреждал, чтоб никому не доверяли. Чтоб бежали со всех ног…
– Мертвецы придут? – уточнил Валентин.
– Ну, типа, да.
– Что это им приспичило именно сегодня ожить?! – зло спросил Валентин. – Или они в этих краях каждую ночь шастают?
– Н-не знаю, – простучал зубами Серега. – Я тут первый раз.
– Я тоже, – вздохнул Валентин. – Ладно, двигаем отсюда. Машина, похоже, накрылась медным тазом, и, что характерно, в автосервис не позвонишь – все равно не приедут.
Серега так и подскочил:
– Позвонить! Надо попробовать позвонить отцу! Он приедет за нами! Он вызовет полицию! Он…
– Звони! – Валентин протянул ему мобильник. – Я так понимаю, нам главное – ночь продержаться?
Серега не слушал – набирал номер отца.
Сначала он слышал только глухую тишину.
Потом электронный голос сказал: «Аппарат абонента выключен или временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позже».
Позже! Ничего себе! Да будет ли Серега жив позже – вот в чем вопрос?!
Хорошо, но кому позвонить? Маме?
Нет уж… маму надо беречь. Серега точно знал, что если он выберется из всего этого ужаса живым, то ни слова не скажет маме о своих кошмарных приключениях!
Может, позвонить в МЧС? С мобильного надо набрать 112.
Но поди-ка объясни, что произошло! Кто Сереге поверит?! И даже если с ними говорить будет Валентин, ему тоже никто не поверит!
Стоп! Есть человек, который поверит сразу!
Это полковник Грушин, начальник отдела, в котором работает отец. И телефон его Серега помнит! Отец как-то сказал, что у них с начальником практически одинаковые номера. Только одна цифра отличается. У отца в середине номера 796, а у Грушина – 797. И Серега это запомнил.
К счастью!
Он набрал цифры, изо всех сил молясь, чтобы Грушин взял трубку.
Гудки… гудки, гудки…
Потом раздался голос:
– Да, слушаю. Кто это говорит? Слушаю вас, что молчите?
А Серега молчал… потому что это был голос его отца.
– Папа! – раздался такой вопль, что у Сапожникова зазвенело в ушах.
– Серега! – крикнул он. – Это ты?! Ты жив?!
– Да, да! – заорал в ответ сын. – Папа, почему ты отвечаешь по этому телефону?
– Мне его полковник одолжил, – стремительно соврал Сапожников. – Серега, где ты? Около больницы?
– Ты знаешь про больницу?! – ахнул Серега.
– Только что оттуда! Меня вызвал некий доктор Краев, у которого ты был.
– Так вот он какого папашу караулил! – вскрикнул Серега. – Тебя! А я думал – своего!
– Серега, ты в порядке? – с опаской спросил Сапожников, донельзя озадаченный словами сына. – Как ты вообще сбежал?
– Меня увез Валентин, а до этого мне помог монах, а еще до этого, пап, ты представляешь… – зачастил Серега.
– Погоди, – перебил Сапожников, – сейчас не до илиад и одиссей, о своих приключениях потом друг другу расскажем. Где ты, как тебя забрать?
– Валентин, мы где? – спросил Серега у кого-то.
– Не знаю, – услышал Сапожников незнакомый мужской голос, который звучал не особенно уверенно. – Я ехал куда глаза глядят, вроде свернул от больницы направо, а может, налево… не помню…
Собачья голова тихонько заскулила и уставилась на трубку, из которой раздавался голос.
– Как же мне вас найти? – пробормотал Сапожников.
– Папа, будь осторожней! – взмолился Серега. – Здесь такие странные вещи происходят! Там был один монах… Я даже не знаю, как сказать… ты решишь, что я с ума сошел, но он был в стене! И там мертвецы оживают, в этой больнице…
– Я в курсе, – буркнул Сапожников. – Видел этого монаха. Он меня спас от Краева. А от двоих упырей я кое-как отбился и «Скорую» у них угнал только благодаря собачьей голове, которая, между прочим, сейчас находится у меня в кабине. Ты не поверишь, но…
– Верю, я знаю, она нам тоже помогла, эта голова! – воскликнул сын.
– Это Гаврюша! – снова раздался голос Валентина, и голова залилась восторженным тявканьем.
Она то подпрыгивала к потолку кабины, то снова припадала к сиденью, то валялась по нему, то пыталась лизнуть мобильник… Если Сапожников не знал прежде, как ведет себя абсолютно счастливая собачья голова, то сейчас он получил об этом полное представление.
– Сидеть! – приказал он строго. – Или лежать, сама выбирай! Ты мне мешаешь!
Голова послушалась, улеглась на сиденье, но продолжала блаженно подвывать и умильно поглядывать на телефон.
– Выпустите Гаврюшу! – крикнул Валентин. – Он меня найдет. А вы поедете за ним.
– Разумно, – согласился Сапожников, притормаживая и открывая дверцу.
Гаврюшина голова с восторженным лаем вылетела вон – и тотчас повернула назад, устремившись в обратном направлении.
– Да, я и в самом деле еду не туда, – сказал Сапожников. – Сейчас развернусь.
Дорога была узкая, и развернуть «Скорую» одной рукой оказалось непросто. А оторваться от телефона Сапожников не решался – вдруг не сможет потом связаться с Серегой?!
