«
– Убирайся из его тела! – рявкнула она, доставая меч.
«
– Проваливай!
Кипя от ярости, Харпер выставила меч перед собой, пока кончик не коснулся шеи Джастина. Корни быстро уползли от того места, где сталь соприкасалась с кожей. Ей хотелось вырезать их, но она знала, что тем самым убьет Джастина.
Зверь недовольно взвыл, но когда его тоненький голос затих, в глаза Джастина вернулся блеск. Его лицо вытянулось от удивления, и он поднял взгляд на Харпер.
– Что, – слабо произнес он, – пытаешься… прикончить меня?
Харпер спешно спрятала меч в ножны.
– Не смешно, Джастин! Ты знаешь, что я не хочу причинять тебе боль.
– Забавно… – его губы дрогнули. – Ты отказалась драться со мной под трибунами, но принесла оружие к моему смертному одру.
– Я думала, что оно может пригодиться.
– Ты что-то с чем-то, Карлайл. – Джастин слегка покачнулся и снова закашлялся. Харпер инстинктивно взяла его за плечо и помогла прислониться к изголовью кровати.
– Спасибо. А теперь… разве… тебе не пора?
– Пора, – тихо ответила девушка. – Но сперва я хочу попрощаться.
Харпер думала, что их следующий поцелуй уже не будет таким торопливым и грубым, как у озера. И оказалась права – он был даже более страстным. Губы Джастина беспечно прижались к ее, руки крепко обхватили за талию, маня ее на кровать, пока она не оказалась у него на коленях. Харпер знала, что это ужасная идея, но ей было наплевать. Она прильнула к Джастину, провела губами по его щеке, шее, уху. Ее ногти впились в его плечо, и Харпер вздрогнула, почувствовав под ними шевелящиеся корни.
От него пахло Джастином и чем-то еще – чем-то затхлым и древним; вонь гнили сочилась из самих его пор. Харпер поцеловала его еще один, последний раз – уже нежнее – и отстранилась. Его волосы были взъерошены, безупречное лицо исполосовывали переливчатые дорожки от слез.
– Я понимаю, почему ты скрыл от нас свою болезнь, – сказала она, убирая руки Джастина и свешивая ноги с кровати. – Но если ты умрешь, я никогда тебя не прощу.
И с этими словами она вышла из комнаты, наконец готовая к войне.
Прогулка по городу вышла напряженной и тихой. Все выглядело заброшенным, большинство окон были наглухо закрыты, двери были заперты и заколочены, нигде не стояли машины. Землю покрывал пепел, мерцая в тусклом, неестественном свете белого неба.
Айзек пытался выкинуть из головы Джастина, которого они оставили позади, и настроиться на грядущую битву. Бросать его одного было опасно – его не покидал страх, что они вернутся и обнаружат лишь тело. Но выбора не было. Если бы Габриэль не уехал из города, упрямо думал он, то, возможно, они смогли бы что-то сделать. Даже несмотря на то, что в прошлом его целительный дар не помог. Но Габриэль сбежал. Айзека невольно беспокоило то, что, как только он перестал защищать Джастина, тот полностью наплевал на свою безопасность.
Разумеется, это не его промах, но было трудно игнорировать старое доброе чувство вины. Харпер не единственная, кто воспринял болезнь Джастина близко к сердцу.
Тот факт, что они находились не в Серости, не то что не радовал, а даже наоборот – ведь это доказывало, что она вышла за свои границы и поглотила их дом целиком. Никто не осмеливался нарушить странную, пугающую тишину – будто стоит им сказать что-то слишком громко, как на них начнется охота, – пока они не дошли до коттеджа Карлайлов.
Озеро выглядело ужасно. Живот Айзека затопило льдом, когда он увидел беспокойную переливчатую воду, над которой низко нависли пульсирующие деревья. А вот Харпер оставалась абсолютно невозмутимой.
– Ладно, – тихо сказала она, глядя на красно-коричневые статуи у берега, припорошенные бело-серым пеплом. – Отойдите.
Харпер вышла вперед и, присев, прижала руку к голове ближайшей статуи. Сердце Айзека забилось чаще, когда он увидел, как лиса зашевелилась, стряхнула с себя остатки пепла и подошла к ним. Несмотря на то, что она была сделана из камня, двигалась она как живая.
Орфей настороженно подошел к статуе и понюхал ее. Они начали кружить вокруг друг друга, пока Харпер медленно продвигалась по саду, пробуждая стражей и бормоча каждому приказ. Закончив, она выглядела утомленной, но довольной. За ней следовало по меньшей мере двадцать каменных созданий.
– Это потрясающе! – улыбнулась Вайолет.
Айзек кивнул. Он слышал истории о Карлайлах, но никогда еще не видел подобной силы.
Это невероятно, но что важнее – это даст им шанс на победу.
– Спасибо. – Харпер немного покраснела. Она повернулась к стражам, и ее сильный и уверенный голос прокатился по озеру: – Помните: следуйте за мной. И когда я назову ваши цели, нападайте безо всякой пощады.
Они пошли в лес, направляясь к символу основателей; единственным звуком был тихий шорох каменной армии Харпер.
