Последнее «пожалуйста» Вэн подчеркнул три раза.
Он сложил бумагу в маленький конверт. Ни скотча, ни скрепок, ни стикеров у него не было, но на дне ящика Вэн откопал миниатюрный пластырь и запечатал письмо им.
Повернувшись, он увидел, что Питер стоит на коленях возле его игрушечной сцены.
Питер достал из ящика несколько сокровищ и расставил их рядом с Супер-Вэном: деревья, пластмассового медведя, маленькую фарфоровую белку.
Ту самую маленькую фарфоровую белку, которую Вэн украл из спальни Питера.
К горлу Вэна подкатил комок.
Но Питер вёл себя как ни в чём не бывало. Он просто водил белку среди пластиковых деревьев, держа за кривой фарфоровый хвостик.
– М-м-м, – дрожащим голосом проговорил Вэн, – вот послание.
Питер поднял голову.
– И что мне с ним делать?
– Ты должен отнести его в место под названием «Городское коллекционное агентство». – Сердце Вэна колотилось так, что всё его тело слегка подрагивало. – Маленькое серое офисное здание между модной пекарней и зоомагазином… – Он нарисовал карту на обратной стороне записки и передал её Питеру. – Не жди, пока кто-нибудь выйдет. Даже не стучись. Просто просунь записку под дверь и уходи.
– Городское коллекционное агентство, – повторил Питер. – Ты что, кому-то денег должен?
– Нет, – ответил Вэн, – ничего подобного.
– Правда? Уверен? – Питер приподнял уголок рта. – Вэн, тебе села на хвост мафия?
От удивления Вэн не сумел сдержать смеха. Сердце стало колотиться чуть слабее.
– Ты отнесёшь письмо, как только сможешь, хорошо?
– Обещаю. – Питер убрал записку и карту в карман пижамы. Потом он повернулся к сцене и подтолкнул пальцем фарфоровую белку. – Знаешь, по-моему, у меня тоже была такая белка.
Комок снова вернулся к горлу Вэна.
– Э-э-э… – выдавил он из себя. – Она
– Правда? – Питер уставился на Вэна большими глазами. Он не злился – лишь удивлялся.
– Мне очень жаль. – Вэн сжал кулаки так крепко, что ногти впились в ладони. – Я просто… она была мне очень нужна. Забери её обратно.
– Ничего страшного, – спокойно ответил Питер. – Мне она не нужна. Оставь себе.
– Правда?
– Ага. Я всё равно никогда не играл этими животными. Она теперь твоя.
– Значит, тебе надо взять что-нибудь в замен, – сказал Вэн. Он встал на колени рядом с Питером и положил руку на ящик с коллекцией. – Что-нибудь особенное. Что ты хочешь?
Питер покачал головой.
– Мне не обязательно забирать твои сокровища.
– Нет. Я серьёзно, – настаивал Вэн. – Выбери любую вещь, какую захочешь.
Питер всё равно не двинулся, так что Вэн сам полез в ящик. Он копался в пуговицах, брелоках, украшениях для тортов и декоративных ластиках, пока его пальцы не нащупали что-то на самом деле особенное.
– Вот, – сказал он, достав эту вещь и положив её на ладонь Питера.
Питер поднял её и рассмотрел в свете лампы.
– Что это?
– Янтарь, – ответил Вэн. – Нашёл его на пляже в Германии. Видишь, тут внутри древний лист.
– Ух ты, – выдохнул Питер.
Даже в тусклом свете янтарь светился, словно свеча в банке с мёдом. А в его тёплом золотистом сердце прятался маленький, похожий на каплю лист – лист, который упал с давно умершего дерева много тысяч или даже миллионов лет назад.
Смотря, как Питер разглядывает блестящий янтарь, Вэн вспомнил о стеклянном шарике, который положил на ладонь Гальки, когда познакомился с ней в первый раз. Оба раза ему казалось, что отдать что-то маленькое и важное для него будет самым правильным поступком. Может быть, отдать сокровище нужному человеку – это так же волнующе, как найти его?
– Ты уверен, что я могу это забрать? – спросил Питер.
– Да, – ответил Вэн. – Он твой.
Питер аккуратно убрал янтарь в карман пижамы вместе со сложенной запиской Вэна.
Мальчики легли обратно в кровати. Питер выключил телевизор, Вэн – настольную лампу. Тёмно-синяя тьма вплыла в окно, окрасив комнату цветом ночного неба.
– Спокойной ночи, – тихо сказал Вэн Питеру.
– Спокойной ночи, – тихо ответил Питер Вэну.
