Тон был такой, что захотелось оправдаться. Побыстрее.
- Они могут оказаться вредными, злыми стариками... которые захотят меня убить.
Да я бы лучше пропустила по стаканчику с товарищами вечером, сыграла в карты и легла спать пораньше. Пара невинных развлечений после дороги и ночного лазанья по стенам... десяток ловцов - слишком заметная компания, чтобы просто въехать в город на телеге. Зато летать через преграды мы умеем не хуже людских магов.
- Всё лучше, чем сидеть в этом душном клоповнике. А хочешь, махнёмся?
Тут я на миг даже задумалась. Если прямо сильно-сильно попросить Джемонгала... Намире и собраться легче: дочь сирены, смуглая и черноволосая девушка, она похожа на человека больше всех из нашей банды. Выдать её может только хищный, жёлтый цвет глаз... который всё равно никак не спрячешь. Черта, конечно, заметная, но подруга умеет вести себя так, чтобы людей эта мелочь быстро переставала волновать.
Вот только Джемонгалу её повадки не по душе. А мне куратор доверяет - заслужила, о Тьма, на свою голову.
- Спасибо, я справлюсь. Только оценишь меня со стороны, хорошо?
- Не переживай, - промурлыкала Намира, ничуть не расстроившись, и запустила пальцы мне в волосы. - Спрячем мы твои рожки.
Я безотчётно тронула пальцем один из упомянутых отростков. "Рожки" - это сильно сказано. Так, обрубки... срезанные почти под корень и подпиленные, чтобы остались симпатичные бугорки, а не проплешины у лба. Рога достались мне от матери и гордо венчали голову аж до пятнадцати лет, пока другие ловцы не взяли меня на обучение и не пустили под нож всякие неугодные наследственные признаки. Был ещё хвост, но от него и вовсе остались лишь смутные воспоминания да ровный шрам повыше зада. Раз уж так вышло, что большую часть жизни полукровки проводят в людском мире, мы и сами должны походить на людей как можно сильнее.
На самом деле, это мелочи. Даже если порой приходится идти на жертвы, доля полукровки - сладкая для демонов средней руки. Нас одаривают почтением, которое и не снилось другим сородичам сходной силы: я, например, когда возвращаюсь домой, живу во дворце самого владыки, пусть в небольших, но личных покоях! И даже высшие не поднимут на меня руку и не будут отдавать приказы... за исключением кураторов, ну и, конечно, лорда Арзиана.
В основном заслужено это почтение как раз тем, что мы владыке Арзиану как бы принадлежим. Любой, кто тронет меня, рискует навлечь на себя его гнев - и даже среди лордов нет таких дураков. Ну и ещё, конечно, мы полезны: кроме нас никто не может надолго замаскироваться в людском мире и добывать камни желаний, которые так ценит испорченное демонское общество. Вот я и говорю: привыкли к лёгкой доле. Тьма, неужели нотации Джемонгала всё же запоздало действуют?
Намира аккуратно расчесала мне волосы и прикрыла рожки случайными рыжеватыми прядями. Волосы - это тоже от матери. Люди на подобную масть иногда смотрят косо, и я даже красилась несколько раз заморской басмой, но потом всё-таки осмелела. До сих пор гадаю, к худу или к добру.
- Готово. Эй, где там шляпа?
Я подала Намире синюю шляпку с вуалью. Причёска причёской, но с непокрытой головой я по людским городам не хожу. К счастью, страсть местных женщин закрывать волосы и головы чем-нибудь необычным весьма на руку мне и почти всем моим товарищам. Я даже знаю пару демонов, которые твердят, что моду на эти бесконечные чепцы, колпаки и покрывала имперцам в тайне привил сам лорд Арзиан. Вряд ли, конечно, они это серьёзно, хотя кто его знает? Арзиан - он может практически всё.
- Пойдёт, - улыбнулась Намира - в самый раз, красотка.
Закончив, она игриво меня оглядела... и хлопнула по задней части бедра. "На удачу". Я только оскалилась: у Намиры день не удался, если не повезло ухватить за зад пару-тройку товарищей и ещё какого-нибудь симпатичного человека. Собственно, это Джемонгала и настораживает. Хотя другим кураторам - очень даже по нраву.
- Присмотри мне там какого-нибудь мальчика, - шепнула подруга на прощание.
- Обязательно.
Закончив с одеждой, я взяла ещё несколько маленьких ценностей - кошелёк с серебряными имперскими монетками и два камня желаний. Один, пожалованный мне Джемонгалом, спрятала в специальный кармашек в левом рукаве платья. Второй, пустой, запихнула под перевязку на лодыжке. Вот и всё.
Через несколько минут, попрощавшись с Джемонгалом и Намирой, я оказалась снаружи. Чёрный ход из сада особняка вёл на узенькую и почти лишённую солнца щель между соседними домами, которую и подворотней-то назвать язык не поднимался. Оттуда, я так подозреваю, открывался один из худших видов на столицу людской империи: шмыгнув за ограду, я оказалась зажатой меж двух обшарпанных рыжих стен, в которых лишь изредка зияли бойницы окон. Конечно, узость подворотни явно не мешала, а даже поощряла людей сливать туда часть помоев. Я прикрыла нос и несколько раз замерла, ступая по грязи вперёд и силясь не черпнуть счастья башмаком. Увы, это был лучший выход из нашего замечательного оплота: другие - слишком заметные.
