Ты первая женщина, которую Бог одарил этим талантом. Твои слушатели – земные люди, а музыка для усопших – музыка небесная. Она посвящена воскресшему Христу и твоим родителям, с которыми ты бессознательно общаешься. Эта музыка всех трогает, всем понятна – ибо мы все пережили утрату близких и молимся за них. Ты молишься звуком инструментов и голосами певцов, один из которых – твой.
Тут мы похожи, ведь и мой интерес к византийской живописи вырос из боли, которую я испытала, потеряв друга детства, первого моего настоящего друга. Ты собираешься раздать женским монастырям наследство, полученное от отца. Это справедливо. Ты уже начала ремонтировать дорогу в один из них. Строятся новая музыкальная и художественная школы. Ты пригласила эфиопских преподавателей музыки, говорящих по-итальянски, чтобы они передали ученикам опыт европейской церковной музыки. Сейчас они учат английский и французский, чтобы напомнить протестантам и римокатоликам о раннем христианстве, сохранившемся в этом – диком для них – краю. Удивительно было слушать оркестр мандолин. Эта музыка вселила радость в глаза эфиопских детей. Они одарены врожденным чувством ритма природы, о которой печется Всемогущий, даря духовное богатство всем беднякам земли. Подумай, сколько талантов в этом доселе неизвестном месте проявится благодаря твоей помощи!
Возле монастыря – и приют воспоминаний, место скорби, где все мы порой встречаемся и в беседе и молитвах высказываем свои судьбы. Здесь покоятся и твои родители, которых ты не забыла. Земля всюду одна, и ничто не мешает тому, чтоб ты молитвенно поминала их, погребенных в Эфиопии. Земля всюду одна, запомни, и не важно, что ты не похоронила их там, где живешь, в Италии. И когда ты состаришься, когда больше не сможешь посещать их вечный дом в Эфиопии, пусть это тебя не печалит, ибо ты пребудешь с ними в духе, а дух не ограничен местом земного праха.
