– Уже много лет я не нуждаюсь в том, чтобы кто-то брал на себя ответственность за меня. Я не ребенок и могу сама обо всем позаботиться.
– Тебе стоит смириться с тем, что теперь это буду делать я, – посоветовал Алекс.
– Я очень независима. Если бы я нуждалась в опоре, то согласилась бы на брак с тобой, – язвительно заметила она.
– Ты еще можешь передумать.
– Я так не считаю. Ты не тот мужчина, за которого я хотела бы выйти замуж, – произнесла она с сожалением.
Сделав глубокий вдох, Алекс спросил себя: почему такой ответ не приносит ему облегчения? Ведь на его свободу никто не покушается. Он никогда не хотел жениться, тем более – заводить детей.
Во время их перепалки взгляд его не отрывался от хрупкой фигурки. Белые волосы Рози сияли в свете уличных фонарей, обрамляя нежный профиль. Вновь ожившее в нем желание прожигало насквозь. Рози стала частью его жизни, но не по его воле. И это приводило Алекса в бешенство. Тем не менее он по-прежнему желал ее. «Мне эта женщина нужна в постели», – убеждал он себя. Другого объяснения тому необычному отклику, который Рози вызывала в его душе, просто не могло быть.
– Каким же должен быть твой муж? – сухо поинтересовался Алекс.
Рози покраснела:
– Добрым, честным, открытым.
Алекс прекрасно понимал, что в нем она эти качества не находит. Его самолюбие было уязвлено. В случае с собачкой он пытался быть добрым. Но как только Алекс понял, что, оплатив расходы на лечение, он может склонить Рози к поездке в Грецию, его корыстная сторона взяла верх.
Итак, он не идеал. Ни одна женщина прежде не критиковала его, а Рози делает это уже не в первый раз. «И я просил ее руки?» – ужаснулся Алекс. Он, должно быть, сошел с ума, ожидая длинных, страстных ночей, а не бесконечного потока жалоб и критических замечаний.
Рози наблюдала за ним из-под полуопущенных ресниц. Он определенно был не в настроении. Но он должен быть благодарен за то, что она отвергла его предложение руки и сердца, не позволив ему принести себя в жертву условностям. Однажды Алекс встретит женщину, на которой действительно захочет жениться. Эта мысль парализовала ее, Рози вдруг обнаружила, что ревнует отца своего будущего ребенка, и перспектива его женитьбы на другой ее вовсе не радует.
«Это неразумно», – строго сказала она себе. Прошлой ночью Рози обнаружила в Интернете уйму фотографий, доказывающих, что Алекс Коловос Ставролакис – бабник с многолетним стажем. Он спал с гламурными моделями, светскими львицами и даже со звездами, будучи еще подростком, причем очень быстро менял подружек. Судя по всему, Алекс вообще никогда не состоял в длительных отношениях. Поэтому решение, которое она приняла, казалось Рози единственно верным. Он был шокирующе богат и успешен. В бизнесе он имел репутацию бесстрастной и изворотливой акулы. Ни за что на свете не обретет она счастье с мужчиной, подобным Алексу.
– Я буду на связи, – пробормотал он, когда Рози выходила из лимузина. – Удачи на экзаменах!
Удивленная, Рози обернулась и улыбнулась. Улыбка преобразила ее, придав глазам изысканный блеск. Алекс смотрел на нее с каменным выражением лица, отказываясь любоваться, заперев чувства на замок.
– Спасибо, – беззаботно бросила она.
Марта ждала ее, волнуясь за Баса. Рози ввела ее в курс дела, добавив, что позвонит в клинику утром.
– Они обещали позвонить сами, если что-то случится, – сказала она.
Она приготовила ужин, едва сдерживая зевоту. Врач предупреждал, что теперь она будет уставать быстрее, чем обычно. Решив встать пораньше, Рози упала на кровать. Она лежала в темноте, вспоминая ночь, проведенную с Алексом. Она ощущала, как нестерпимое желание охватывает ее. Она хотела избавиться от этого желания, равно как и от самого Алекса. Сейчас она немного помешана на нем, но это скоро пройдет.
Просто расплывчатый комок, – хмуро произнес Алекс, указывая на экран. Он не понимал, что заставило большие глаза Рози наполниться слезами умиления.
– Это ребенок, – возразил его друг Дмитрий, пока медсестра стирала гель с плоского животика Рози. – Твой сын или дочь.
– У Алекса не настолько богатое воображение, – объяснила Рози, сползая с кушетки.
Она не хотела, чтобы Алекс присутствовал на осмотре. И согласилась лишь в надежде заставить мужчину почувствовать, что это его ребенок. «Расплывчатый комок!» – размышляла она в отчаянии.
– Ну, пока тут не разглядеть ничего особенного, – оправдывался Алекс, жалея, что сам втянул себя в эту неприятную дискуссию.
Он терялся, когда люди становились сентиментальными. Алекс Ставролакис был очень далек от всего этого.
Они перешли в кабинет Дмитрия, и тот сказал, что «комок» довольно большой для женщины с пропорциями Рози. Возможно, понадобится кесарево сечение. Алексу стало дурно, он ощутил себя чертовски виноватым. «Что, если она умрет?» – подумал он. У него было более богатое воображение, чем предполагала Рози.
