— Ладно. Говорят, что у Саввы, где-то почти под Гаванями, недавно родственник копыта откинул. Тоже не простой — из богатеев. Вот Савва с компанией поехал его хоронить и вроде как на наследство рассчитывал. Хотя куда ему? И так ведь от денег скоро лопнет.
— Ну и что?
— Вот и говорят, что ничего ему не обломилось, но он сам там что-то украл. Дескать, свое взял.
Трактирщик рассмеялся.
— И вот, вчера утром его прямо на тракте, недалеко от «Треугольника» остановили и арестовали. В Гавани поволокли.
— Одного?
— В том-то и дело, что нет. Всю его компанию сцапали. Вроде бы все серьезно и он сейчас уже в Гаванях, в самом «Морском централе» кукует.
Илья поежился. «Морским централом» называлась одна из самых серьезных тюрем в Империи.
— Видишь, какие дела? — протянул трактирщик. — Если уж он-то, с его деньгами, туда загремел, то, что про нас говорить, убогих?
— Да… — задумчиво протянул Илья. — Всякое бывает. А еще что говорят?
— Пока только это. И все слухи. А как там на самом деле — не ясно. Сам знаешь, как может быть. Потом еще окажется, что это не Савва украл, а у него украли.
— Угу… Ну ладно, Трофим, — Илья встал из-за стола. — Спасибо за обед. Но мне домой надо. Наш караван тут к мосту не проходил?
— Не было еще вроде. Ты бы посидел, подождал их тут.
— Да нет, пойду. Чего сидеть?
— Ну, смотри…
Вместе они дошли до дверей зала, где на прощание пожали друг другу руки. Илья вышел на улицу и сразу увидел, что мимо трактира, к реке едут телеги. С изумлением он узнал свой караван.
— Здорово, Илья! — послышались голоса. — Ты откуда тут?
Здороваясь с мужиками и полушутливо отвечая, что идет от родственников, Илья двинулся вместе со всеми.
Рядом как раз ехала телега, где на передке, рядом с возницей сидел глава каравана — Кирюша.
Поздоровавшись с Ильей, тот поманил его к себе. Когда парень пошел рядом с телегой, Начальник воровато оглянулся, нагнулся и сказал:
— Слушай, Илья. Тебя тогда, ну вечером, какие-то люди искали. Расспрашивали про тебя — кто ты, что ты, где ты… Говорили что они…
Он еще раз оглянулся и сказал почти шепотом:
— Что они из Сыскного Указа!
— Так был среди них со шрамом на щеке?
— Был, — Кирюша удивился. — А ты знаешь его?
— Знаю. Я с ним час назад виделся. Все нормально уже. Ошибка. Они меня там с другим перепутали.
— Ну, ясно, — Кирюша странным взглядом посмотрел на Илью и отвернулся.
Илья, без всяких мыслей, шагал рядом с телегами, когда его догнал маляр Игнат.
— Слышь, Илья, — без предисловий начал он. — Тебя какие-то хмыри искали. Расспрашивали.
— Да я знаю. Уже разобрался.
— Да? Ну и хорошо.
— А ты как? Снял ту бабу?
— А то! — Игнат расплылся в широкой улыбке и начал рассказывать о своих ночных подвигах в каморке на четвертом этаже трактира.
Илья делал вид, что внимательно слушает, нетерпеливо дожидаясь, пока тот закончит отчет.
— Вот такие дела, — говорил маляр. — Оттянулся я на славу.
— Это хорошо. А еще что нового?
— Да ничего. Чего тут нового? А! Да! Слышал про Савву?
— Что с ним?
— Да ты чего? Тут все об этом уже второй день болтают. Слушай!
Маляр быстро рассказал ему все, что Илья и так уже слышал от трактирщика. Ничего нового Игнат не сообщил.
Между тем, впереди показался мост через реку Луам. На берегу при въезде на него располагалась большая квадратная арка, выстроенная из камня. Такая же арка находилась на другом берегу реки. Большой мост имел четыре массивные каменные опоры в воде, которые над проезжей частью также содержали такие надстройки.
Возле входной арки стояли несколько местных стражников, собирающих плату за проезд. Караваны Горбыля оплачивали проезд отдельно, так что их повозки въехали на мост без задержек.
Илья заметил двух молодых парней, которые стояли в арке и с ленивым видом смотрели на проезжающих. Возможно это люди Волчары. На всякий случай, Илья постарался запомнить их лица.
Миновав мост, караван выехал на широкую площадь. Западный тракт, прямой как лезвие шпаги, тянулся дальше на восток. Илья знал, что километров через двадцать, влево от тракта отходила дорога, ведущая в Холодные Ключи — вотчину Саввы.
Также, здесь, от площади, вправо, на юг, начиналась дорога, ведущая в Южное Заречье. Слева же, на северной стороне площади стояло каменное одноэтажное здание с плоской крышей — участок местной стражи. Рядом с ними, через дорогу — большое здание одноэтажного трактира «У реки», выстроенное из дерева, с красивой двускатной крышей.
Караван свернул в проезд между трактиром и участком, оказавшись на дороге, которая вела в Северное Заречье. По обеим обочинам потянулись заброшенные коттеджи, вокруг которых буйно разрослись запущенные сады. Почему-то эти места имели плохую славу…
Слева, через просветы между деревьями изредка мелькала река. С другой стороны, за развалинами, виднелись высокие деревья небольшого леса.
Десять минут пути, и телеги каравана, через распахнутые ворота вкатились в Северное Заречье — большую деревню на берегу Луама. Крайние дома окружали глухие заборы. Потянуло дымом, послышался лай собак и крики петухов.
