Скверна подняла взгляд, её алые глаза всё ещё горели, но тело не могло больше драться. Она знала, что проиграла, но не жалела. Генератор был так близко, и она хотя бы дошла сюда.
Грейс склонила голову, её губы изогнулись в коварной улыбке. Она шагнула ближе, её голос был мягким, но полным яда:
— Скажи, Скверна, твои друзья смотрят? — Она кивнула на шлем Скверны, лежащий рядом, его красные линзы всё ещё мигали, транслируя данные. — Наверняка всё идёт на экраны вашей базы, да? Лира, Шестерня… Дарен? — Она рассмеялась, её тон стал холоднее. — Пусть насладятся шоу.
Скверна сжала челюсти, её клыки обнажились, но она не могла встать. Она знала, что на базе её видят — Лира, Шестерня, Дарен, все, кто ещё держался. Эта мысль резала сильнее ран, но она не дала Грейс удовольствия увидеть её слабость. Её алые глаза встретили взгляд капитана, и в них не было страха.
Грейс убрала нож в ножны, её улыбка стала шире. Она махнула рукой элитным бойцам, её голос был почти весёлым:
— Покажите ей, что бывает с Небулонцами.
Бойцы шагнули вперёд, их чёрная броня с серебряными линиями блестела в зелёном свете. Скверна попыталась подняться, её правая рука упёрлась в пол, но первый удар пришёл быстрее — ботинок одного из бойцов врезался в её рёбра, выбивая воздух из лёгких. Она вскрикнула, её тело согнулось, но второй боец схватил её за волосы, рванув вверх. Кулак третьего врезался в её челюсть, хруст кости эхом отразился в генераторной. Скверна сплюнула кровь, её алые глаза помутнели, но она всё ещё пыталась сопротивляться, её когти слабо царапнули броню ближайшего.
Они не щадили её. Удары сыпались один за другим — в грудь, в лицо, в живот. Бойцы били методично, их движения были слаженными, как у машин. Один вывернул её правую руку, ломая запястье с хрустом, другой ударил в колено, заставив её рухнуть обратно на пол. Скверна кричала, её голос срывался от боли, но она не просила пощады — она знала, что её не будет. Кровь текла по её лицу, заливая глаза, а кости трещали под ударами. Элита «Кроноса» превращала её в сломанную куклу, и каждый удар был демонстрацией их силы.
Грейс стояла в стороне, скрестив руки, её улыбка не сходила с лица. Она наслаждалась, её серо-стальные глаза следили за каждым движением, каждым криком. Это было не просто наказание — это было послание, транслируемое на базу Небулонцев. Пусть видят, пусть знают, что их надежда умирает.
На базе, в медицинском отсеке, Лира смотрела на экран, её эфирианские глаза наполнились слезами, а руки сжались в кулаки. Шестерня отвернулся, его металлическая рука ударила по стене, но он не мог смотреть. Дарен лежал на платформе, его тёмные глаза были прикованы к трансляции, его грудь вздымалась тяжело, а пальцы впились в край платформы. Он видел, как Скверну ломают, слышал её крики, и что-то внутри него рвалось, но он был бессилен.
Скверна упала на пол, её тело было изломано, кровь растекалась лужей. Она всё ещё дышала, её алые глаза мигнули, но в них не осталось сил. Бойцы отступили, их броня была забрызгана её кровью. Грейс шагнула вперёд, её улыбка стала холоднее. Она смотрела на Скверну, как на трофей, и её голос был полон презрения:
— Ты была почти интересной.
Грейс наклонилась, её пальцы сжали волосы Скверны, рванув её вверх. Скверна слабо вскрикнула, её тело обмякло, но Грейс не церемонилась — она потащила её к стене генераторной, швырнув к металлу. Спина Скверны ударилась о панель, боль пронзила её, но она не издала звука, лишь стиснула зубы, её клыки блеснули в последний раз. Грейс выпрямилась, её рука скользнула к кобуре, доставая пистолет — чёрный, с зелёной линией вдоль ствола, заряженный энергией «Кроноса». Она приставила его ко лбу Скверны, холодный металл впился в кожу.
На базе Небулонцев, в медицинском отсеке, экран транслировал всё. Лира зажала рот рукой, её эфирианские глаза наполнились слезами, а прозрачные волосы дрожали. Шестерня отвернулся, его металлическая рука сжалась, но он не мог заглушить звук. Дарен лежал на платформе, его тёмные глаза были прикованы к экрану, его пальцы впились в металл, а грудь вздымалась, как будто он пытался закричать, но голос умер. Они все видели, как Скверна, их последняя надежда, умирает.
Грейс посмотрела в глаза Скверны, её серо-стальные зрачки были пусты. Она наклонилась чуть ближе, её голос был тихим, почти шепотом:
— Прощай, Небулонка.
Скверна не ответила. Её алые глаза мигнули, но в них не было страха — только тень обещания, что она дала Дарену. Она знала, что не спасёт их, но дошла сюда. Этого хватило.
Грейс не ждала. Её палец нажал на спусковой крючок. Щелчок эхом разнёсся в генераторной, и выстрел оборвал всё.
Бах.