— Все это весьма любопытно… Но голословно. Вы же могли… получить некие доказательства, выяснить в беседах…
— Говорю же, не хватало времени, и все из-за вашей дурацкой «Принцессы»!.. Правда, у меня было что-то вроде экскурсии, но все галопом по европам. Но я сделал для себя выводы.
— В чем же они заключаются?
— Мне трудно объяснить, я слабо разбираюсь в области высоких технологий. Можно сказать, не понимаю вообще ничего. Но вот вы говорите. Главный Конструктор у вас — хакер, и я подумал — символично. Вы никогда не сделаете чего-то принципиально нового. Ну, к примеру, не сможете вытащить энергию из «курицы». Никогда!
— Почему?
— Потому что вами руководит хакер, разрушитель! Наука все время идет по пути взлома. Мозги так повернуты, что ли… И термины как у бандитов: бомбардировка ядрами, расщепление, критические массы, разгон частиц… Вы же вламываетесь в процесс! А они входят в него, как рука в воду.
— Кто — они? — мгновенно спросил родитель «Принцессы», вдруг утратив свою научную интеллигентность и растерянность.
— Люди. У которых я побывал в гостях.
— Они земные люди? Или пришельцы?
— Пришельцы-то скорее мы, — не согласился Шабанов и допил чай. — Потому что врываемся, как варвары… Они очень даже земные, и ниоткуда не прилетали. Живут, как деревья… слово есть такое…
— Органично?
— Нет, гармонично! Сначала я подумал… дикие они, или одичавшие. Совершенно не такие, как мы! Была мысль — слабоумные, недоразвитые… Но все наоборот! Мы идиоты и дебилы! Ну вот как расценить такое: молодая девушка, по нашим понятиям, полная дура, доит корову, печет хлеб, болтает глупости и одновременно занимается… в общем, у нас это называется молекулярной оптикой.
— Да… А вы сами знаете, что такое — молекулярная оптика?
— Говорю же — не знаю!
— И кто они? Откуда взялись?
Шабанов поразмыслил, говорить или нет представителю хакера о происхождении этих людей, и все-таки решился: ученый муж внушал доверие и внешне чем-то напоминал доктора Ивана Ильича.
— Эмигранты… Это я так понял, — поправился он. — До революции был в Петрограде один малоизвестный ученый. Вместе со всей лабораторией бежал сначала на юг, оттуда попал в Сибирь, хотел уйти через Китай в Индию. Колчак довез его до Иркутска, ученого со всей компанией из поезда высадили, чуть не расстреляли, но отняли какое-то лабораторное оборудование, золотое или с содержанием золота… и отпустили.
— Как его фамилия?
— Забродинов…
— И он — малоизвестный! — ревниво вскричал собеседник. — Это вам мало известный, молодой человек! Но мы-то его знаем. Лев Алексеевич Забродинов, автор монографии о солнечном ветре. Действительно эмигрировал, умер в двадцать третьем году от туберкулеза в Харбине…
— Жив до сих пор.
— Не болтайте ерунды! Тогда ему должно быть сто десять лет!
— Не знаю, я его не видел, только с правнучкой разговаривал. Она сказала — жив…
— То есть, хотите сказать, вы приземлились в Китае?
— Не имею представления, где приземлился. Но думаю, не в Китае, — неуверенно проговорил Герман. — Людей нет, пустая тайга, горы, река… Скорее, предгорья Тибета по ландшафту.
— К сожалению, я в географии ничего не понимаю, — сокрушенно сказал представитель хакера. — Но вы просто обязаны вспомнить и назвать место, где находились целую неделю!.. Забродинов! Если вы действительно!.. Нет, не может быть! Вы читали его монографию?
— Я похож на человека, который читает монографии? — спросил Шабанов.
— Да-да, вы похожи на пилота… Если не читали, откуда вам известна фамилия — Забродинов?!
— От внучки. Точнее, правнучки.
— А, вы говорили… Это она рассказала про камень с дыркой, про деревья?
— «Курицу» я видел сам. Про деревья — она, но мимоходом. Не было времени, надо было улетать.
— Улетать? Куда улетать?
— Я обязан был выполнить условие, дал слово… Она показала мне мир, который я утратил.
— Ничего не понимаю! Какой мир? Параллельный?
— Да почему параллельный? Нормальный, реальный… Мы летали и смотрели на землю.
— На чём летали?..
— Ну, аппарат такой. — Шабанов подыскивал слова. — Вернее, самолет это аппарат… Мы летали в оболочке… Не знаю, как назвать. Короче, некий шар, сделанный из нескольких энергетических оболочек. Мне так объясняли… Что-то вроде шаровой молнии… Но внешне похожей на тыкву…
Ученый муж вдруг зажал себе рот, сморщился от негодования на себя и замахал рукой, требуя замолчать. Затем огляделся, схватил бумагу, карандаш и, что-то размашисто написав, показал Шабанову.
«Забыл предупредить, нас прослушивают!» — прочитал он.
И в тот же миг на пороге очутился офицер комендантской роты: разбор полета с одним из родителей «Принцессы» закончился…
