Вечером того же дня Галлиулин вновь изучал ту шифровку, которую показывал Ремезову. С неудовольствием перечитывал скупые строки: «Дата приезда Коромыслова подтверждается. В Исламабаде задерживаться не намерен, материально-техническую сторону визита обеспечивает посольство. Вам поручается незамедлительно принять все необходимые меры для обеспечения безопасности его поездки в Зону племен и успеха миссии. Это повысит наше влияние в регионе. В пакистанских верхах отношение неоднозначное, но важно отношение исламистских кругов, особенно партии Кази-ур-Рахмана «Джамиат-уль-Мохаммад». Подтвердите настрой Кази на переговоры и достижение мира».
‒ Им легко давать поручения… ‒ пробурчал Рашид Асланович.
Ремезов совсем недавно переехал в уютную виллу в одном из престижных районов Исламабада. Начальство расщедрилось, принимая во внимание активность, с которой он занимался своей работой и то, что фактически он стал заместителем резидента.
Уложил Хамзата: заботливо подоткнул одеяло, пощупал лоб (жар, слава богу, прошел), поставил на прикроватную тумбочку стакан с водой. Чеченец крепко спал – ему сделали успокаивающий укол.
Ремезов лег в той же комнате. Когда просыпался, то слышал тихое дыхание юноши, и это вселяло в него какую-то умиротворенность и надежду на то, что не все на этом свете так уж плохо и можно не только дерьмо расчищать и другим его подбрасывать.
Утром Галлиулина попросил зайти временный поверенный в делах. Джамиль Джамильевич был сама любезность и не скрывал, что рассчитывает на помощь коллеги. Речь шла все о той же миссии. Галлиулин виду не подал, что получил аналогичное поручение от своего руководства, отлично сознавая ‒ узнай об этом Баш-Баш, он тут же ладошки отряхнет и решит, что может ограничиться протокольными мероприятиями. Встречи, проводы, любезности на приемах… И людей от него не допросишься. Так что пусть попыхтит, понервничает и оценит поддержку со стороны коллег.
Щекотливое это дело, ‒ пожаловался Баш-Баш. Мне одному не справиться. Ты сам ничего такого не получал в связи с его приездом?
Нет, солгал Галлиулин.
Жаль-жаль. Было бы разумным согласовать… Очень… Они там в центре с ума посходили. Ладно бы – встретить, разместить, организовать содействие… А остальное – нет! Как безопасность обеспечить? Что я, с этим психом в Зону племен попрусь? Я сам не псих, нет.
‒ Его тоже психом не стоит называть, ‒ заметил Галлиулин, ‒ Чтобы учитель географии из заштатного Зажопинска такую карьеру сделал! Талант.
‒ Имя он изменил.
‒ Конечно, изменил. Пиня Нафанаилович Карманник председателем Партии свободы быть не может. А Потап Никодимович Коромыслов – запросто. И главное, никогда не врет, собака. Его спрашивают журналюги – какой национальности ваши родители? И Пиня с ходу отвечают – патриоты, как и я. А когда в упор били вопросом: «Зачем сменили имя, фамилию и отчество?», что этот проходимец отвечал? А? Не забыли?
‒ Как тут забудешь, ‒ нехотя признал Джамиль Джамильевич. ‒ «В интересах борьбы русского народа за социальное и национальное освобождение». Он еще на Ленина и Сталина любит ссылаться, мол, они тоже в интересах народа эти партийные клички себе придумали. Тоже мне, марксист выискался…
‒ Хитрый и прожженный черт, ‒ с ним ухо надо держать востро. Наши там, наверху, его хорошо используют, связи у него огромные, ему во всем идут навстречу. Фантазий у него хватает. Но чтобы в Зону племен съездить, талибов разоружить –это уже чересчур.
‒ Вот бы его там и укокошили, и никаких проблем, ‒ мечтательно проговорил Баш-Баш.
‒ Как раз тогда большие проблемы возникнут! ‒ возмутился Галлиулин. ‒ У нас с тобой. Партия его развалится, и кто ее голоса на выборах получит? Путин? Нет. Оппозиция. Или хрен знает кто. Нам этого не простят, яйца открутят, и это самое малое, что сделают.
‒ Да, ты прав, ‒ повесил голову Баш-Баш. ‒ Все-таки идиотская затея, ничего из этого не выйдет, не дай бог с этим деятелем что-то случится, там же такое происходит…
‒ Там и вправду все заковыристо. Пакистанцы прищучили всех местных боевиков, один Дзардан остался. Он пойдет на мир, потому что ему нужна передышка. Паки предпочли бы его додавить, но тоже возьмут тайм-аут. Не станут ссориться с нами и, тем более, с Кази.
‒ Да, Кази силен, ‒ уважительно сказал Баш-Баш. ‒ Своя частная армия, есть отряды и в Зоне племен. Власти их не трогают, опасаются. Партия у него ‒ о-го-го.
‒ По моим данным, ‒ осторожно заметил Галлиулин, ‒ Кази не станет мешать миссии Коромыслова. Использует ее, чтобы свое влияние усилить, Дзардана под себя подмять. В миротворцы вырядиться.
‒ Уже хорошо, ‒ потер руки временный поверенный. ‒ Но все равно масса неизвестных… Как безопасность обеспечить? А если кого-то послать с ним туда, в Зону? Для сопровождения. Ну, из ваших. Мидовцы для таких дел не приспособлены… Как бы так… Ну, не очень…
Джамиль Джамильевич говорил слегка бессвязно, словно сам с собой, но исподлобья бросал внимательные взоры на собеседника.
Галлиулин в усмешке вздернул брови. Он давно раскусил Баш-Баша.
