— Нет нужды, мой добрый гном, и ты, достойный Фолко. Вижу ваши помыслы, но... подумайте сами: этот обруч — просто драгоценная безделушка. Она не стоит ничего, если вдуматься. Разве может все золото Средиземья купить хотя бы одну человеческую жизнь?..
— Может, и притом не одну, — проворчал Фарнак, однако Форве его словно бы и не услышал.
— Ваша мифриловая броня, ваше оружие нам очень скоро понадобятся. А обруч... просто украшение, не больше. К тому же, — эльф улыбнулся, — жизнь у нашего племени долгая, я еще смогу выкупить его...
Камень был продан в тот же вечер. Украшение купила гильдия ростовщиков Умбара — купила вскладчину, ибо ни один из них в одиночку не мог дать требуемую цену, но и выпускать из рук такое чудо они не желали...
Еще день заняли приготовления. И на следующий день небольшая флотилия — таны Фарнак, Вингетор и Хьярриди — вышла на юг, следом за могучим флотом Олмера, которым в отсутствие Короля-без-Королевства (вместе с Санделло он и впрямь отправился в Мордор) командовал Скиллудр.
В глаза брызнуло беспощадное солнце. Посланник Великого Орлангура стоял один на крошечной, едва заметной тропке. Подземные пути остались позади. С облегчением вздохнули гребцы, избавившись от таинственного гонца и направляясь в обратный путь. Посланник почти не сомневался, что назад вернутся далеко не все — Сердце Силы пылало не зря, сея раздор и смуту. Пока он был вместе с гребцами, его щит прикрывал и их, но теперь, когда его не станет... И все же можно надеяться, что погибнут не все. В то время как здесь ни у кого, кроме него, не сыскалось бы и единого шанса.
Сердце Силы? Оно уже совсем близко. И совсем-совсем близки и те, кто явился сюда на корабле с парусами как лебединые крылья... Если они решат заступить ему путь, долг, возложенный на него Великим Орлангуром, может остаться невыполненным.
Он подтянул пояс, поудобнее перехватил бердыш. И ровным мощным шагом пустился в дорогу, что вела на северо-восток. Туда, навстречу Сердцу Силы. И что значат какие-то там проклятья, если ему удастся заполучить ЭТО?! Пусть пламя сожжет его — это не так страшно, как знать, что все твои труды пошли прахом и ничего уже не исправишь...
«Что ж, бой — значит, бой. Хотел бы я знать, чего они мешкают, очутившись здесь раньше меня? — думал посланник. — Чего ждут? Впрочем, их загадки мне отгадывать некогда. Вот когда Сердце окажется у меня... тогда и можно будет поразвлечься загадками».
Дорога сама ложилась под ноги. И внимательно следили за коренастой фигурой, что шагала, опираясь на бердыш, два очень странных глаза о четырех зрачках каждый...
В этот день из наползших с севера низких косматых туч нежданно-негаданно повалил снег. Дорога под копытами коней стремительно превращалась в мерзкую коричневую кашу. Небольшой отряд всадников — едва ли два десятка, — не жалея скакунов, мчался на запад. Позади осталось Хелмское Ущелье, дорога взяла правее, заворачивая к Исене.
— Мой повелитель... Надо сворачивать. Люди Брего наверняка сторожат переправу! — худощавый воин в простой броне приблизился к скакавшему впереди Эодрейду. В лице короля, казалось, не осталось ни капли жизни — в седле замер окостеневший мертвец.
— Нет, Хама, мы не свернем. Брего хоть и косноязычен, но отнюдь не дурак. Он прекрасно понимает, что для нас было бы безумием соваться к Бродам, и потому наверняка оставил там не слишком большую охрану. Куда больше его людей рыщет южнее переправы, поскольку в нашем положении это наиболее логично — кратчайшей дорогой бежать к Тарну, под защиту эльдрингов... Проклятье этой погоде! Исена наверняка вспухла. Просто так через нее теперь не переправиться. Нам придется прорываться через Броды.
— Но там же... — начал было Хама.
— Там дунландцы, ховрары, хазги, а за ними хегги и прочие — ты это хотел сказать?
— Да, мой король, — чуть поколебавшись, ответил молодой Маршал.
— Они не так страшны, как свои родичи, — бледно улыбнулся
Эодрейд. — Через их земли мы сумеем пробраться. А потом — в Тарн!
— Брего наверняка выслал отряд и туда... — заметил Хама.
— Наверняка. Но у меня с эльдрингами ряд. А Брего начал с того, что разорвал договор с Морским Народом, тот самый, что отдавал им устье Исены! Так что на чьей стороне окажутся эльдринги, по-моему, вполне ясно.
— Но... что же дальше, мой повелитель? Бой сложился неудачно... До конца верны оказались только наемники из числа пеших стрелков и панцирников... Помоги им судьба прорваться через Белые Горы в Гондор!
— Как мне не хватало в том бою мастера Холбутлы и гномов! — вздохнул Эодрейд. — Но ничего не поделаешь. Нас осталось два десятка — значит, станем бороться за трон Эдораса с двумя десятками!
— Но... ваши дети, повелитель... — замялся Хама. — Ваши дети, взятые Брего в заложники...
Лицо Эодрейда, казалось, почернело.
— Не говори мне о них, Хама. Никогда больше не говори.
Маленький отряд Эодрейда незамеченным достиг Бродов.
