— Я вижу, ты почти освоилась со своим новым положением. Когда ты поняла, что переместилась?
— Три часа назад, — ответила Эльза.
Волчок, продолжая смотреть на девушку, негромко спросил:
— Ты ничем себя не выдала?
— Вроде нет, — ответила она. — Я была дома одна. Если, конечно, не считать слуг. Сидела и пряла пряжу… А потом… Потом у меня в голове будто граната взорвалась, и все смешалось.
— А теперь как? — пробасил Торт, подойдя к ним и остановившись за спиной Егора.
— Нормально, — ответила Эльза, скользнув взглядом по угрюмой физиономии гиганта. — Хотя от горячего душа я бы не отказалась.
— Горячего не обещаю, но если понадобится холодный — я привяжу тебя за ногу и швырну в море, — предложил Торт. — Это здорово помогает, когда нужно освежить мозги.
Эльза смерила гиганта насмешливым взглядом.
— А ты и впрямь не изменился. Такой же большой и такой же глупый.
— Да и ты не особо изменилась, — усмехнулся в ответ Торт. — Такая же колючая и ядовитая.
Егор хлопнул гиганта по плечу.
— Рад, что вы поладили. Впереди у нас много дел, и дела эти не из приятных. Теперь мы в одной лодке, и это не просто фигура речи.
Он повернулся к Эльзе и добавил:
— Элин, веди себя как подобает дочери отважного, уважаемого воина, но не особо вытрёпывайся и мужиков не задирай. Это военный поход.
Эльза вскинула пальцы к голове и насмешливо отчеканила:
— Слушаюсь, мой генерал!
— В сражения не вступай, постарайся все время держаться за моей спиной.
— За спиной? — Девушка фыркнула. — У тебя красивый зад, но не настолько, чтобы я любовалась им с утра до вечера. Держаться позади я не стану. А если случится драка, то буду драться наравне со всеми.
— Ты? Драться? — Торт ухмыльнулся. — Видела бы ты себя со стороны. Настоящая…
Верзила не успел договорить — Эльза молниеносно проскользнула у него между широко расставленными ногами, быстро выпрямилась, прыгнула гиганту на спину и приставила лезвие клинка к его горлу.
— Дернешься — перережу горло! — змеей прошипела она на ухо Торту.
Гигант замер с перекошенным от ярости лицом, но сделать ничего не мог. Видевшие это викинги расхохотались:
— Ай да девка! Настоящий воин!
— Слезь с меня, — потребовал Торт, багровея. — Ну!
— Признай, что я одержала верх!
Торт заскрежетал зубами, но вдруг успокоился, усмехнулся и сказал:
— Отчего ж не признать. Я люблю, когда девки сверху. Признаю!
Эльза убрала нож и спрыгнула на палубу. Викинги вновь засмеялись, а Егор положил гиганту руку на плечо, посмотрел ему в глаза и произнес проникновенным голосом:
— Торт, тебя побила девчонка.
— Я просто не был к этому готов, — пробурчал гигант.
Егор улыбнулся:
— Не расстраивайся. Иногда это случается даже с такими здоровяками, как ты.
Викинги снова расхохотались, а Торт потер пальцами поцарапанное горло, усмехнулся и заявил:
— Боги свидетели — это было самое захватывающее мгновение в моей жизни. Но я бы не хотел, чтобы оно повторилось.
— Скучно плывем, — сказал Торт, хмуро глядя на проплывающие мимо снеккара темные берега.
— Хочешь — прыгни в воду, враз повеселеешь, — с усмешкой заметил чернобородый, смуглый Олаф.
Торт повернул голову и посмотрел на него задумчивым взглядом.
— Чего смотришь, белоголовый? — холодно осведомился десятник.
— Да вот думаю — не степняк ли ты? Рожа уж больно черная.
По лицу десятника Олафа пробежала тень, взгляд его приобрел удовлетворенно-задиристое выражение.
— Ты сомневаешься в том, что я викинг? — глухо пророкотал он.
— Да тут и сомневаться нечего, — с кривой ухмылкой заявил Торт. — Рожа твоя черна, будто уголь. На солнце так не прокоптишься.
Олаф медленно поднялся с места, отстегнул с перевязи топор и положил его на палубу. Затем посмотрел Торту в глаза и произнес:
— Встань и повтори, что ты сказал, белоголовый.
Торт встал. Он был, как минимум, на голову выше десятника и смотрел на него сверху вниз с усмешкой.
— И что дальше? — поинтересовался Торт. — Хочешь, чтобы я оттер тебе рожу добела? Могу попробовать, если хочешь.
— Попробуй, — спокойно предложил Олаф.
— Отчего ж не попробовать? Давай сюда свою башку.
— Так возьми — вся твоя будет!
Олаф, скаля в усмешке белоснежные зубы, сбросил доспехи и шерстяную рубаху, обнажив мускулистое тело, покрытое на груди и животе черной шерстью. Сложение у него было богатырское.
— Ну, давай, Снежок, — весело предложил он Торту и поманил его пальцем. — Подходи!
— Снежок? — Торт усмехнулся. — Сейчас тебе будет не холодно, а жарко, копченый.
Десятник Олаф был крепок, высок и мускулист, но в сравнении с гигантом Торгримом он выглядел как мальчишка.
Еще пару секунд они стояли неподвижно, а затем Олаф ринулся на Торта. Торт увернулся от удара и несильно двинул Олафа кулаком в челюсть. Десятник отлетел метра на два и грохнулся на палубу. Приподнялся на локте, потер пальцами ушибленную челюсть и весело проговорил:
— Силен же ты, белоголовый!
— Я с тобой еще не закончил, — сказал на это Торт.
Один из викингов, коренастый и мощный, как дубок, отделился от толпы и тоже скинул доспехи и рубаху.
— А ну, давай со мной! — выкрикнул он.
— Врежь ему, Дретт! — поддержали коренастого викинга ратники.
