«Так вот почему она внезапно замолчала, когда Лео стал буянить. Она просто вышла из пещеры, оставив меня слушать вопли и песни своего сына!» Словно в подтверждение её мыслей из пещеры донесся хохот Лео. Лора вздохнула, взяла второй шезлонг и разложила его рядом со спящей свекровью.
Чернота неба начала светлеть, словно с краю открыли кран с прозрачной водой, и она постепенно разбавляла интенсивность темного цвета. Звезды, бледнея, стали исчезать. Внизу в долине запели птицы, а потом звук резко оборвался и чей-то голос хрипло сказал — «Алло!»
— Зимой будет неуютно спать на крыльце, — произнесла Бруно, повернувшись на шезлонге к Лоре.
— Да еще и с детьми, — Лора также развернулась к свекрови. — Я понимаю, что он твой сын, но я буду искать для него частную клинику. Он за все эти годы и месяца в пещере не прожил. Даже если прилетал, то бухал с Грином и другими драконами, и спал в беседках в долине.
— Но, Ло, что о нас скажут другие драконы?
— Да мне плевать. Мне детей надо воспитывать. А рисковать тем, что он может в любой момент плюнуть в них огнем, спалив крылья, я не буду.
— В своих детей? Лорелейн, ни один отец не сделает это со своими детьми.
— Проблема в том, Бруно, что он настаивает, что не был со мной. Это не его дети по его словам.
— Лео всегда боялся ответственности, — вздохнула Бруно.
— Не покрывай своих сыновей, Бруно. Я знаю, что это был не Лео. Но если открылась дверь на скан глаза, то это был Леон.
— Детка, — внезапно всхлипнула Бруно и протянула лапу к Лоре, — Леон легенда. Не более.
— Тогда давай устроим по нему поминки.
Лора села на шезлонге и уставилась на свекровь. Нежный зефирный халат контрастировал с черной чешуёй старой драконихи. Брунгильда лежала, свернувшись клубочком, и из пушистого капюшона выглядывала только черная морда с закрытыми глазами. Лора смотрела не отрываясь. Дуэль так бы и продолжалась, но в пещере завыл Лео. Завыл как сирена на высоких нотах, этот вой пробился через закрытую дверь и эхом отразился от соседних гор, наполняя долину тревогой.
— На двухсотлетие, — согласилась свекровь.
— Угу. Через десять лет, с надеждой, что я все забуду, — кивнула Лора. — Сколько бы ты меня не называла дочерью, мама, но родные сыновья дороже.
Лора встала, открыла дверь, и звук из пещеры многократно усилился.
В клетке под потолком висел, удерживаясь всеми четырьмя лапами за решетку, Лео. Проходя мимо телевизора, Лора нажала на кнопку включения и на экране замелькали герои детской сказки. Лео перестал выть и, не спускаясь вниз, перебежал по решетке к стене рядом с экраном. Видно ему было плохо, и он просунул морду между угловыми прутьями.
— Ты хочешь мультики, Лео? — спросила Лора, наблюдая замужем.
— Овечки. Овечки бегают. Мама, поймай овечку! — попросил Лео сквозь зубы. — Хочу овечку! — захныкал Лео.
Лора попятилась и плюхнулась на диван. Врач говорил, что прошлое он будет теперь помнить лучше, чем сегодняшний день, а в прошлом телевизоров не было, зато по полю бегали овечки и драконы в основном питались сырым мясом.
— Ты кушать хочешь? — тяжело встала Лора и подошла к черте, нарисованной мелом — плеваться огнем Лео мог метра на полтора, и она на расстоянии двух метров провела черту, за которую ей заходить не хотелось. — Я сейчас разморожу тебе стейк. Могу, если подождешь, слегка обжарить, но что-то мне подсказывает, что мясо ты предпочтешь сырым.
Лора закинула в микроволновку стейк и посмотрела на мужа. Тот отпустил сперва нижние, а потом верхние лапы и замычал, повиснув застрявшей мордой среди решеток.
— Придурок, — тихо выругалась Лора и пошла к входной двери. — Бруно, — позвала она, приоткрыв дверь, — Леопольд застрял между прутьями.
— Вот придурок, — проворчала мама Леопольда из-за двери.
Дракон висел в верхнем углу и нервно дергал лапами. Пасть ему перекосило, и голова оказалась застрявшей ровно на середине черепа. Слюна вязкой каплей тянулась до пола. Бруно подошла к клетке и подпрыгнула от резкого звука микроволновки.
— Надо ему что-то под лапы поставить, а то он себе челюсть окончательно сломает, — предложила Бруно. — Есть что-нибудь высотой в метр, примерно?
Лора оглянулась по сторонам. Возле тяжелого деревянного комода из цельного дерева, имитирующего грубый пещерный стиль, стоял такой же высоты чемодан. Как раз высотой в метр.
— Или комод, или твой чемодан.
Бруно, нарезающая круги по клетке сына, вздохнула:
— Комод долго, давай чемодан.
Лора вытащила раздвижную ручку из чемодана и подвезла к клетке строго до очерченной полосы.
— Да зайди внутрь! — рыкнула старая дракониха. — У него пасть зажата, не плюнет он в тебя.
— Плюнет, не плюнет, — проворчала Лора, завозя чемодан в клетку, — а глаза у меня до сих пор болят.
— Так надень очки, — огрызнулась Бруно, пристраивая чемодан под лапы сына.
— Я в них ничего не вижу! — заорала Лора.
Её крик подействовал на Лео. Он перестал хаотично размахивать лапами и скулить, схватился за решетку и позволил Бруно поставить нижние лапы на чемодан. Правда, как только дракониха сделала шаг в сторону, чемодан отъехал и упал. Лео опять заскулил как побитый щенок.