— Конечно. Только отстегните меня от капельницы, я в туалет хожу. И постель надо поменять, а то неизвестно где этот полицейский сидел до этого.
— Я… — начала говорить медсестра, но вдруг улыбнулась и кивнула, — конечно, идите в туалет, а я за новым комплектом белья.
Медсестра положила на столик ёмкость с лекарством и глянула на севшего на кровати Соколова.
— Голова не кружится? — наклонилась она к нему и заглянула в глаза.
«Идеальное лицо без особых примет, — отметил про себя капитан. — Девушка на крыше! Меня ведь никто не спросил — как она выглядела!»
— Кружится, — кивнул Саша, — но если я попрошу вашей помощи в туалете, то она станет кружиться ещё сильнее.
— Я поняла вас, — прошептала медсестра, прикусывая губу.
Разогнувшись, она пошла, покачивая бедрами, на выход.
Саша встал, отсоединил капельницу, подхватил лежавший в ногах на кровати пакет, принесённый Зверевым, и пошёл в туалет.
Форма полицейского была слегка мятой, но это было не так страшно, как синие больничные пластиковые тапочки, в которых Саша уверенно шел через всю больницу. На него никто не обращал внимания, и только молоденькая медсестричка на первом этаже засмущавшись, покраснела, когда он, усмехнувшись, подмигнул ей.
Он нашел на стоянке аэролёт под номером семьдесят три — семьдесят четыре и сел рядом с открывшим ему дверь Зверевым.
— Дай мой телефон, — потребовал Соколов.
— Нас засекут, — Зверев запустил аэролёт и переключился на автопилот.
— Борис, самое смешное в этом то, что спецслужбы прекрасно научились стеречь своих людей, но при этом они слепые котята с террористами. Это постоянная игра в кошки-мышки. Государство придумывает — как сторожить граждан, а те в ответ прячутся от государства. Эта игра между законом и криминалом вечна. Но мне иногда кажется, что государству терроризм выгоден, так они могут контролировать простых людей.
— Саш, это крамола так говорить! — возмутился Зверев.
— Крамола, — кивнул Соколов. — Дай телефон, надо кое-что проверить.
— Что, например? — доставая упаковку с телефонами, проворчал Борис.
— Этот остров, что на карте, ты проверял, что там?
— Да. Когда-то там был маяк, но он от времени развалился. Над ним или спутник висит, или в скалах где-то буй-транслятор замурован. Корабли обходят его стороной. Но вообще там полулегальная зона. Южнее военные проводят учения, поэтому никто не рискует заплывать в ту зону.
— Идеально.
— Что идеально?
— Что там нет судоходства. Идеально можно что-то спрятать.
— Хм! Думаешь, что Лиза сидит на развалинах и нас ждет? — хмыкнул Зверев, иронично скривив губы.
— Маяк старый. К нему должны были на чем-то приплывать. Может, корабль спускал на воду лодку, и она привозила на маяк людей и провизию, а может, там есть бухта, в которой пришвартован и спрятан корабль.
— Понятно, — проговорил Зверев и надолго замолчал, уставившись перед собой в лобовое стекло, рассматривая лежащий внизу засыпающий город.
Аэропорт замигал огнями и аэролёт, словно в ответ ему, дисплеем.
— Какую площадку выбрать? — прочёл информацию на дисплее Зверев.
— Сектор — два, площадка — три, — ответил не отрывающейся от чата Соколов.
— Это тебе коллеги подсказали? — мрачно спросил его Зверев.
— Да.
— Ты нас сдал?
— Нет, Борь. Мы пешки в игре. Я у своего начальника до твоего прихода спросил — кого они из меня делают героя или жертву? А он ничего не ответил. Сценария нет, чистая импровизация. Их оба варианта устроят, а нас только один. Я как телефон включил, так мне сразу сообщение от Игната пришло.
— Игнат это?..
— Тот особист, с которым ты на квартиру Лизы ходил.
— Мутный тип, — проворчал Борис.
— Ты тоже не кристально чист, раз на то пошло, а Игнат опытный, давно в Особом.
Игнат ждал их возле узкого как игла самолёта, в который кроме пилота могли друг за дружкой сесть ещё четыре человека. Осмотрев капитанов и пощупав пальцами полицейскую форму на Саше, он тяжело вздохнул и достал телефон:
— Вы б еще в парадную форму вырядились. Алло, Андреич, нам военная форма нужна срочно. Записывай размеры…
Игнат помогал Саше натянуть лётный костюм, аккуратно поддерживал, когда того шатало, проверял застёжки, крепежи. Борис одевался сам и немного с завистью посматривал, как опекает особист своего коллегу.
— Как ты вообще, Саш? — поправил Игнат на Саше шлем.
— Еще в обед трясся так, что меня кормили из ложки, а медбрат водил в туалет, а сейчас я почти без усилий набираю на телефоне текст. Умеют же лечить когда надо.
— Умеют, — кивнул Игнат и перевёл взгляд на Зверева. — Что ты творишь, защитник дракониц? — Игнат подошел к Борису и стал помогать ему одеваться.
«Драконицы, — вспомнил слово Соколов, — так до войны называли драконих в благородных драконьих семьях. Случайно он употребил это слово, или мисс Лиз тоже элита как Нана Арагац?»
— Мы сейчас на маяк? — спросил Зверев Игната.