Очевидно, йоны задавались тем же вопросом, потому что во главе с обоими вождями гневно подпрыгивали, потрясая кулаками и ругая на чем свет стоит летающего стража, посмевшего нарушить кровавую церемонию передачи власти. За моей спиной зашумели бывшие ссыльные. Непонятно было, радуются они или вместе с йонами проклинают Урх, который разыскал их даже за пределами Синейской пустоши. Потом шум резко оборвался. Я оглянулась и увидела, что все предназначенные в жертву синейцы исчезли. Вокруг бесновались йоны. Остров навис совсем низко, прямо над Золотым Яйцом, и я увидела, как из дверей сторожевой башни кто-то выпрыгнул. Долговязая фигура в зеленом приземлилась прямо на яйцо.
— Юч! — не веря своим глазам, в один голос выкрикнули я, Шактаяр, Натэя и Эш.
При всей дотошности наставников, учивших нас особенностям самых разных областей материка Винней, никому из них и в голову не пришло показать нам, что представляет собой гора Золотого Яйца в разрезе. А это нам ой как пригодилось бы! Вот разберемся с Верховным Наставником, посадим на его место Ринхата, и я попрошу его ввести предмет «Горы и пещеры материка Винней».
Все эти бредовые мысли пронеслись в моей голове единой волной. Наверное, вождь йонов еще имел надо мной какую-то власть, потому что вместе с тем, что на самом деле видели мои глаза, я увидела и то, что произошло в скрытом от взгляда подземелье. Под тем плато, где мы стояли, находилась огромная пещера с точеной колонной, созданной явно не руками йонов. На этой колонне — в том месте, где она почти выходила на поверхность — и покоилось священное Золотое Яйцо. Юч спрыгнул с Урха прямо на йонскую святыню, и колонна не выдержала. Но вместо того, чтобы провалиться вслед за колонной, Яйцо с громким хрустом отделилось от каменной поверхности и покатилось прямо на застывших в ужасе и гневе вождей. Оказывается, плато было наклонным, и вот теперь священная йонская реликвия размером в три человеческих роста грозила раздавить собравшихся на ритуал. Юч вопил, перебирая ногами по Яйцу, как балаганный плясун на шаре. Йоны стенали и метались — то ли от зрелища поруганной святыни, то ли оттого, что им передавался царящий в мыслях вождей хаос. Трудно держать подданных в узде, когда на тебя катится этакая переливающаяся золотом каменная глыба, а на ней в довершение всех бед чудом удерживает равновесие и орет благим матом человеческий маг!
— Юч, давай! — крикнул над моим ухом Эштерил. Паника йонских вождей, явно решивших, что их постигла кара капризного бога, заставила и рядовых йонов забыть обо всем на свете. Сопровождавшая нас йонша бросила на землю оружие и Лолу и куда-то исчезла. И теперь Эш и Шактаяр потрясали мечами, а Натэя прижимала к груди сокровище Юча. Я подхватила с земли Стальную Молнию, и на клинке отразились золтые лучи рассвета.
— Давай, Юч!
Во всеобщем шуме и гвалте Юч не слышал нас и не понимал, что он должен «давать». Наверняка он только и молился, как бы не сверзиться с Яйца прямиком в пропасть, которая пролегала пугающе близко от траектории движения йонской святыни.
Рядом со мной заливалась веселым, мяукающим смехом Азаль.
Все закончилось хорошо для Юча и плачевно для старого вождя. Яйцо проехалось по последнему, оставив Ильхельма лежать бездыханным, и остановилось в каком-то шаге от молодого вождя. Мне было ничуть не жаль старого йона — это именно он затеял все эти кровавые жертвы, чтобы красиво обставить собственную смерть, и чтобы не пришлось умирать в одиночестве. Что ж, его собственный бог распорядился иначе. Я первой побежала вниз по плато, а Эш, Натэя, Шактаяр и Азаль бросились следом. Юч, бледный как полотно, кое-как сполз с Яйца, умудрившись ничего себе не отбить. Молодой вождь взирал на него с благоговейным ужасом и ненавистью одновременно.
Мы окружили мага и, не обращая внимания на переполошенных йонов, затискали Юча в объятиях. Тот не ожидал подобного и едва не разрыдался. Увидев в руках у Натэи Лолу, маг тут же отобрал свой возлюбленный артефакт и, вытерев хлюпающий нос рукавом, снова стал похож на прежнего Юча — самоуверенного, наивного и чудаковатого.
Йонам было не до нас. На их глазах вершилось величайшее событие за всю эпоху существования расы — скорлупа Золотого Яйца дала трещину. Юный вождь приосанился рядом со святыней, оправившись от пережитого ужаса и сияя — ведь именно ему выпала честь первым приветствовать бога. Он простер руку к йонам — и те приблизились, подчиняясь новому властителю мыслей и сердец. Яйцо покрылось сетью мелких трещин и наконец брызнуло золотыми осколками, как торжественный фейерверк в честь явления божества. Мы с любопытством смотрели на происходящее — не каждый день увидишь явление бога чужой расы, а смыться от справедливого гнева его самого и его непутевых детей уж как-нибудь успеем.
