Глубокое синее небо подмигивало бесчисленными звездами. Пока остальные так же, как я, обессилено валялись в траве и с упоением поглощали добытые магом фрукты, можно было на время откинуть маску язвительной стервы. Расслабиться и даже насладиться прекрасным — панорамой ночного неба, где ярко горел скошенный прямоугольник Щита и изгибалось причудливой волной Ожерелье Ллиенар. В одной из комнат, где нас, воинов, учили простейшим истинам мира магии, висела карта звездного неба материка Винней. Какой-то волшебник древности изрядно постарался, белой краской обозначив на синем полотне несколько сотен звезд и вписав название крупных созвездий. У карты то и дело толкались целительницы из разных кварт, что-то записывая и сверяя. По положению звезд они определяли самые благоприятные дни для изготовления разных зелий. Всем остальным, в том числе боевым магам, звезды были не так интересны, и все же я запомнила несколько созвездий и искала их потом на небе.
— Интересно, — лениво протянул Шактаяр, — моя драгоценная родительница и ее преданный поклонник уже добрались до Каэра? Или все-таки поехали погостить в Виаллари, к семье моей несостоявшейся супруги? Хорошо бы если второе. Не очень-то хочется с ними сталкиваться на пороге родительского поместья. Помешать они нам не помешают, но время отнимут и нервы попортят изрядно.
— Судя по тому, при каких обстоятельствах мы расстались, — напомнил аларинцу Эш, — неудивительно будет, если нам вообще не откроют двери.
— А, ты про ту небольшую потасовку? — отмахнулся темный. — Не переживай, у нас такое сплошь и рядом случается. Как-то в детстве я застал родителей за милой домашней ссорой. В обеих руках Джаргис держала по метательному ножу, а Кернагльяр орудовал коротким прямым мечом. Звон стоял на весь дом, при этом оба молчали. Это уже потом, когда я подрос, то понял, что если папа и мама срываются на крик — это так, мелкая размолвка. А если в руках родителей появляются клинки и начинается такая вот безмолвная дуэль — дело серьезно. Помнится, самый впечатляющий танец с оружием в руках они затеяли накануне того, как Кернагльяр навсегда ушел из дома.
— Милые привычки в вашем Аларине, — улыбнулась я, теребя на пальце кольцо, подаренное Шактаяром. — Я вот думаю, может и правда за тебя замуж выйти? Семейные сцены в нашем исполнении будут смотреться очень поучительно для подрастающего поколения. Мудрость воинов Колыбели Героев против боевого искусства Аларина — красота, да и только.
Шактаяр дотянулся и неожиданно нежно погладил меня по волосам. Хотя его улыбка в звездном свете по-прежнему была лукавой. Я даже не огрызнулась, когда Натэя демонстративно фыркнула, увидев всю эту идиллию.
— А почему бы и нет. Выходи!
— Шактаяр Морангейл, вот это встреча! — удивлению темных, стерегущих нерушимость аларинской границы, не было предела.
— Шактаяр Эссерид, — поправил троицу аларинцев мой потенциальный жених, вежливо оскалившись.
Семью Шактаяра, как видно, и правда знали в окрестностях Каэра не по наслышке. Доблестно патрулировавшие границу аларинцы никак не ожидали, что сын леди Морангейл заявится в родные земли со стороны Миадвэя, да еще и в компании каких-то изрядно потрепанных инорасцев. Которые, нимало не стесняясь, тут же потребовали еды и без лишних церемоний поделили выделенный им паек, усевшись прямо на обочине.
Несмотря на нескрываемое изумление, смешанное с подозрительностью, с которым озирал нашу пеструю компанию аларинский отряд, проблем с пересечением границы не возникло.
— Они со мной, — коротко пояснил Шактаяр, и мы шагнули на землю темных. Дорога, идущая вдоль границы и проходящая через Каэр, легла нам под ноги.
— Даже не спросили, почему я в такой сомнительной компании и пешком, — усмехнулся аларинец. — И что я делал в Миадвэе. Хорошо иметь репутацию эксцентричного отпрыска богатого рода. Никаких лишних вопросов. Хотя мамочке они при случае не преминут поведать о моих приключениях, можно не сомневаться.
— Если она сама не устроит тебе допрос с пристрастием, — мрачно предрекла я. Чем ближе мы были к Каэру, тем больше меня занимал вопрос — придется ли платить за возможность продолжать путь во всеоружии сомнительным удовольствием встречи с Джаргис Морангейл? Моя бы воля, никогда б ее кислой физиономии больше не видела.
— О, это было бы весело! — кажется, Шактаяр был в восторге от идеи прорываться к провизии и прочим благам походной жизни с боем.
Горы за нашей спиной сошли на нет. Мы шли на северо-запад по стертым камням старой дороги и удивлялись, почему нашу потрепанную компанию еще не обогнал ни один всадник. И почему ни один всадник не встретился на нашем пути.
— Это какая-нибудь заброшенная дорога? — полюбопытствовал Эш у Шактаяра.
— Нет, — аларинец и сам был сбит с толку. — Обычно тут не протолкнуться. Я-то все думал, что придется каждого второго осаживать — наш отряд просто создан для того, чтобы до него домогались скучающие в пути аларинцы. Толпа инорасцев, бредущих пешком в компании потрепанного жизнью Шактаяра из рода Эссерид — лучшего развлечения не придумаешь!
