— Пройдемте, я пока что провожу вас в комнату, где вы сможете отдохнуть, и сообщу Мориану о вашем приезде, — продолжил Страж. — Как вас представить?
Суна потерла затекшую поясницу, и первая шагнула на ступеньки крыльца.
— Назовите меня Амарисуной. Суной Ноэйл. Я Целительница из земли Андагриэль.
***
Суна со вздохом поднялась с жесткой скамьи и подошла к окну, за которым спряталась сгустившаяся, непроницаемая холодная ночь. Перед глазами неровно дрожало пламя свечей и ее собственное, уставшее лицо — размытые отражения.
Девушка положила ладонь на мутное стекло, — стеклодувы у сельтов были на порядок хуже эльфийских — отняла и задумчиво посмотрела на оставшийся, медленно исчезающий отпечаток.
Как все странно… Чего же ты хотела?
— Улиэнь… — звуки сложились один к одному, разбились, и Амарисуна повторила слово еще раз.
Произнесла шепотом, в странной надежде, что будет услышана и ветер вдруг отзовется, как когда-то.
В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошли.
Стекло вспыхнуло отразившимся на миг серебряным бликом. Сердце замерло и снова забилось ровно.
Позади эльфийки выросла мужская фигура, искаженная отражением.
— Ты искала меня? — услышала девушка спокойный, немного усталый голос. — Я Мориан Чилуэнь.
— Да, — Суна никак не могла заставить себя обернуться и увидеть, что за спиной стоит не тот, кого она позвала. Хотя его никак не могло там быть, а если бы чудо все-таки произошло — девушка знала, что любая фраза прозвучала бы предательски нелепо. Эльф за спиной терпеливо молчал.
— Меня зовут Амарисуна Ноэйл. Я Целительница, и мне необходимо как можно скорее добраться до Умбариэля. Мне сказали, что ты можешь провезти меня другим путем, раз главная дорога оказалась размытой. Сможешь… обеспечить мою безопасность.
— Зачем тебе туда? — услышала Суна неожиданный вопрос. — Разве в наши времена эльфы путешествуют в межсезонье без веских причин?
Девушка почувствовала, что у нее краснеют щеки.
Беседа с незнакомцами — как это всегда мучительно.
И что за типа ей порекомендовала Ларна? Суна тихонько вздохнула.
— Целительница Умбариэля тяжело больна. Я должна помочь ей или обучить нового Целителя, в случае печального исхода, — неохотно ответила эльфийка.
Отражение эльфа прислонилась спиной к двери.
— Сколько я за это получу?
"Вот что я забыла узнать у Ларны!", — спохватилась Амарисуна.
И почувствовала себя на редкость беспомощной.
— Назови цену сам. Надеюсь на твою честность.
Сзади раздался короткий, скептический смешок.
— Честность — от слова честь. Это слово не смотрится рядом со словом Изгнанник. Возвращайся домой, Амарисуна. Ты не захочешь ехать бок о бок с предателем, а больше никто не согласится провожать тебя в Умбариэль.
"Клеймо Изгнанника?!", — Суна резко обернулась. Напротив нее, в испачканных грязью штанах и рубашке с развязанным воротом стоял и горько усмехался эльф. Усмехался до тех пор, пока не увидел выражение лица девушки — тогда улыбка сползла с его губ и спряталась где-то в уголках.
Серебряный обруч на лбу, спадающие на плечи волосы. Глаза — как глубокое озеро в ненастную погоду.
У эльфийки злопамятно заныла шея.
— Ты!
Мориан пригляделся.
— Подожди, подожди. Я тебя помню, — его взгляд метнулся к ногам девушки и обратно к лицу. — Тебя Елайя еще тогда ударила, — растерянно закончил он.
Амарисуна медленно двинулась вперед.
— Ты. Пришел. В святилище. С клеймом. И за то, что я тебе помогла, ты…
— Но я тут не при чем, — перебил девушку эльф. Суна остановилась в нескольких шагах от него и уперла руки в бока.
— Елайя просто испугалась за меня и действовала не подумав. Это потом мы поняли, что ты… спасла мне жизнь.
Мориан произнес этот таким будничным тоном, словно Целительница просто принесла ему отхлебнуть колодезной водички.
— Однако теперь ты знаешь, кто я и…
— Я видела клеймо, — перебила мужчину Суна. — Я видела клеймо, но все равно помогла тебе. А потом в моей земле нашли эльфа, что был без памяти. И окровавленный меч. Странное совпадение, правда?
— Правда, — покладисто согласился Мориан. И поправил обруч на лбу. — Чего от меня хочешь, Целительница?
— Помощи, я же сказала. Правда теперь, я скорее себе руку отрублю, чем поеду куда-то с предателем и убийцей! — затрясло от злости Целительницу.
Эльф с клеймом. Сейчас, когда речь не шла о спасении жизни, и в виски не бился незнакомый голос, Амарисуна чувствовала огромную неприязнь.
Мужчина поморщился.
— Нет, чего ты на самом деле хочешь? — Он наставил на Амарисуну указательный палец, и девушка с трудом подавила желание щелкнуть зубами, как это частенько делал Вихрь, когда, так же тряся перед его мордой пальцем, Суна долго и нудно рассказывала ему о правильном единорожьем поведении с точки зрения добропорядочного эльфа.
— Я хочу знать, что ты делал в моей земле. Ты был ранен, а у того, кого чуть не сожрала Тьма, оружие было в крови. И как ты только прошел в Андагриэль? Охранная черта никогда не пропускает Изгнанников, — выпалила эльфийка.
Мориан опустил руку.
