– Еще бы, Надя, – охотно ответила та. – У меня внучка родилась! Я только теперь поняла, в чем смысл жизни! Поняла, зачем я жила, зачем дочку рожала! Вот затем, чтобы она мне теперь родила эту лапочку! Ты представляешь, она вот такая малюсенькая, а у нее уже все есть! Ножки, ручки, носик… и она мне уже улыбается! Представляешь, тянет ко мне свои крошечные ручки и улыбается! – Тут Ольга Львовна спохватилась, что говорит только о своем, и проговорила: – И ты, Надя, хорошо выглядишь. Лицо свежее, гладкое, глаза живые… Недавно в отпуске была?
– А я, Оля, теперь всегда в отпуске, – похвасталась Надежда. – Муж меня забрал с работы.
– Ну так это же замечательно! – обрадовалась за нее Ольга. – Значит, у тебя свободного времени много, можешь в театр ходить… Ты не представляешь, сколько сейчас появилось интересных театров! – Она показала разложенные на столике афишки и затараторила: – Вот, например, «Средний театр» – это новое слово в искусстве! Удивительный режиссер, раньше он занимался чем-то криминальным – то ли был наперсточником, то ли домушником, но полностью завязал с криминалом и ушел на сцену. В свои постановки он вкладывает глубокое знание жизни, знание темных сторон человеческой натуры. Потрясающе поставил «Рассказ о семи повешенных», «Преступление и наказание»… разумеется, все осовременил, перенес в наши дни. Сонечка Мармеладова у него – валютная проститутка, Свидригайлов – депутат Госдумы, Раскольников – элитный киллер-контрактник… старуху процентщицу он убивает не по собственному почину, а по поручению международного наркокартеля…
– Ну, я к криминалу как-то не очень… – попыталась отступить Надежда. – Мне бы что-нибудь более позитивное!
– Нет проблем! – воскликнула Ольга и выхватила из своей колоды следующую афишку: – А вот «Этот театр»!
– Этот? – переспросила Надежда. – А как он называется?
– А это он так и называется – «Этот театр». Здесь пьесы исключительно позитивные, а у режиссера другая фишка: все актеры во время действия ходят исключительно на руках. Этим он символизирует то, что в наши дни все человеческие отношения перевернуты с ног на голову…
Ольга Львовна хотела продолжить, но к ней в это время подошла молодая девушка с волосами, выкрашенными в черный и ядовито-розовый цвета.
– Что тебе, Анфиса? – осведомилась Ольга.
– Мне бы что-нибудь из жизни покойников… – протянула девица. – Можно про кладбища, про морг…
– Ну вот, «Рассказ о семи повешенных». – Ольга показала афишку. – Я как раз сейчас женщине рассказывала об этом спектакле. Очень хорошая постановка!
– Женщине? – Девица с сомнением покосилась на Надежду. – Да видела я этот спектакль! Сплошной позитив, прямо противно!
– Ну, тогда вот на концерт сходи – группа «Расчленители», некро-рок… знаешь, у них хит есть – «Цвета побежалости»…
– О, круто! – оживилась девушка. – Этих я люблю! Только, Ольга Львовна, на них билеты дорогие, а у меня сейчас денег нету. Можно, я вам послезавтра деньги занесу?
– Нет, – отрезала Ольга. – Сама говоришь, билеты дорогие, я не могу их без денег держать. Ты, может, передумаешь, а мне их из своего кармана оплачивать придется…
– Нет, я не передумаю… ну, Олечка Львовна, пожалуйста! Я послезавтра точно деньги принесу!
– Нет, нет и нет! Я не так богата, чтобы за всех из своего кармана платить! Вот, Лида, начальница твоя, уговорила меня, я ей дала без оплаты дорогущие билеты на аргентинского тенора, она клялась, что в понедельник деньги принесет, и что? В понедельник я за деньгами пришла, а Лиды нет как нет! А между прочим, солидная, ответственная девушка была, не чета тебе!
– Ну ладно, – разочарованно протянула девица. – Может, займу у кого-нибудь денег… – И она уныло поплелась к лестнице.
– Это – другое дело, – проговорила ей вслед Ольга Львовна и повернулась к Надежде: – О чем это мы с тобой говорили? Ой, Надя, а что это у тебя с лицом? Ты как будто привидение увидела?
– Да нет, не привидение. – Надежда привела свое лицо в порядок. – Ты вот сейчас этой девушке говорила про Лиду… ну, которая у тебя билеты на аргентинского певца не выкупила…
– Ну да, – недоуменно переспросила Ольга. – А что?
– Эта Лида из рекламной фирмы «Белый слон»?
– Ну да, Лида Осетрова… А почему она тебя интересует?
– Подожди… а что ты знаешь насчет того, как она пропала?
– Да знаю… – Ольга вздохнула. – Ужасная история! Машина заглохла, вызвала эвакуатор, и все, больше ее никто не видел… а мне пришлось эти билеты выкупать…
– Да, прокатилась девушка на выходные, отдохнула… – проговорила Надежда.
– Да она вовсе не отдыхать ездила! – возразила Ольга.
– Не отдыхать? – Надежда насторожилась.
– Конечно, нет! Она ездила со строителем разговаривать, деньги ему отвозила…
– С каким строителем?
