Колыбельная для ночницы полностью

— Филонидушка-а-а! Открой Прасковке-подружке! Давно в доме не гостевала! Соскучилася и по тебе, и по Авигеюшке! Впусти скорее! А не откроешь — через трубу влезу. Тебе меня не остановить!

— Врагиня… пярэкрутка… — испуганно проверещал цвыркун. — Изведёт нас… если через трубу… изведёт… доберётся!..

— Изведу-у-а-ха-хах… — немедленно откликнулась на это Прасковья-курнеля. — Закляту-у-у самозванку! Уже иду-у-у!

В дымоходе зашуршало и, цвыркун, издав фальшивую трель, быстро заполз под печь.

Таня же, не раздумывая, выдернула из рюкзака косыночку Чуры и, когда с той стороны нетерпеливо поскреблись, сдвинула немного заслонку, оставив узенький лаз.

Однако Прасковья, словно почуяв что-то, притихла, затаилась.

Тане слышно было лишь хрипловатое дыхание бабки, а потом смолкло и оно.

Молчала и Таня. А внутри нарастала злость на так не вовремя явившуюся старуху. Вместо того, чтобы завершить начатый обряд, приходилось теперь разруливать очередную проблему! И это начинало бесить!

Некоторое время ничего не происходило, но Таня терпеливо ждала.

Наконец, из щели потянулась тонкая струйка тумана, и тогда Таня ловко подхватила её за край и стала наматывать в клубок.

Прасковья попробовала вырваться, но Таня не выпустила нить, наоборот — рванула на себя, вытащив бабку из печи.

Вновь обратившись сорокой, та с силой захлопала крыльями, пребольно ущипнув Таню клювом, но была скручена и спелёната в платок Чуры. Не поместился в него лишь перепачканный сажей пышный лисий хвост.

— Отпусти-и-и, самозванка! — бабка попыталась стегнуть Таню хвостом. — Я познакомиться пришла. Взглянуть на тебя хотела. Внучок-пераростак не распознал подмену, а я-то сразу смякнула в чем дело! Вот и полюбопытничала! Пусти-и-и!

— Любопытство сороку сгубило! — Таня завязала мечущийся хвост узлом, окончательно нейтрализовав бабку. — Заметьте — я вас не звала. Вы сами пришли. Теперь не жалуйтесь.

— Да я же с добром! С добром пришла! Полюбопытничать и только! — залебезила курнеля, поняв, что просто так её не отпустят. — А ты вон сильная какая! К твоей силе — да мою бы хитрость добавить, стали бы тогда вдвоем над лесом хозяйками!

— Лес для меня мелковат, — соврала Таня, запихивая спелёнатую ведьму в рюкзак. — Если бы вы целый мир предложили…

— Какой мир, какой мир?? — застрекотала, забилась в путах курнеля. — Ты что удумала, сцерва?! Куды пхаешь меня?? А ну, пусти-и-и!!!

— Совершим с вами небольшой перелёт. — Таня застегнула молнию на рюкзаке, оставив небольшое отверстие для воздуха.

Она не стала ничего объяснять продолжающей верещать бабке — торопилась завершить ритуал. Нужно было перенестись в особняк, вытащить из зеркала Зосю, и уже с ней вновь вернуться сюда, чтобы усыпить ночницу. Наведенные на неё чары должны были развеяться в полночь, и, если не успеть — Авигея снова войдет в силу, а вместе с ней освободятся и сестры.

— Дедушка, — позвала Таня затаившегося за печкой цвыркуна. — Оставляю пленниц на тебя. Не подведи!

— Поторопись… Боязно… — прошелестело чуть слышно. — Колдунок рядом ходит…

— Андрюшенька бабулечку в беде не бросит… — немедленно отозвалось из рюкзака. — Знает, что я здеся. Подождет, подождет, да на таран пойдёт!

— И лобешник разобьёт, — хмыкнула Таня. — Не бойся, дедушка, хвостатый сюда не войдёт.

— И про хвостик его знаешь? — ахнуло из рюкзака. — Вот же хитрая сцерва! Всё пронюхала, всё разведала!

— Потому на вашу хитрость и не клюнула. Своей могу поделиться… — Таня снова проверила состояние Филониды и близняшек, потом выглянула в окно — узнать, прав ли цвыркун насчет колдуна.

Возле заборчика действительно слонялся Андрей, ходил взад-вперёд как маятник, изредка поглядывая на дом.

Это немного осложняло задачу, ведь Таня рассчитывала призвать карузлика, чтобы тот провел её к Чуре. И уже от неё перенестись сначала домой, а потом — в особняк. И вот теперь присутствие Андрея всё изменило.

Таня зажмурилась, мысленно воссоздавая перед собой улицу и внешний вид особняка, но возникшая было картинка распалась на помехи. А из рюкзака прозвучал довольный смех курнели.

— Ты умна. Да я тоже не дурница! Придержу, заторможу-у-у, не выпущу-у-у!!!

Бабка врала — она не могла помешать Тане.

Это её не отпускало от себя место, в котором неупокоенной ведьме было позволено существовать.

Таня не подумала об этом сразу и теперь немного занервничала, пытаясь понять — что делать дальше.

Из зазеркалья так просто человека не вытащить, обязательно нужно сделать обмен. Вместо девочки Таня отправила туда её нелюбимую куклу. Вместо Зоси собиралась перенести что-нибудь из вещей девушки, хотя и не знала наверняка — сработает ли это.

Обмен должен был быть равноценным, и когда Прасковья попыталась проникнуть в дом, Таня сообразила — что она послужит отличной заменой Зосе!

И, к сожалению, не учла очевидного.

— Ну что, съела-выкусила? — продолжала веселиться ведьма. — Не поможет тебе ни твоя сила, ни твой скудный умишко!

И заверещала довольно, когда в дверь грохнул Андрей:

— Баба, ну, где ты там? Открывай мне!