— Ты ведь знаешь, кто я такой, Аб. Самоуверенный кретин, вообразивший себя по молодости всезнающим и всемогущим мессией. Потом опомнился, поумнел, только свернуть с этой дороги уже не смог. Все казалось, еще один холмик, последний поворот — и на покой, но появлялись новые горы-чащобы-извилины, и не уйдешь в сторону, не присядешь на обочине, потому что больше некому… Страшная работа, грязная, подлая. Знал бы ты, сколько грехов я таскаю в душе, не нос бы мне своротил, а шею. Вот и Том на моей совести…
— Ну, пошел всех собак на себя вешать. Ты все-таки ему бывший учитель, а не мамочка.
— Для чего тогда нужны учителя?
Тяжелая братская пятерня опустилась Альбусу на спину.
— Из гниды фею не вырастишь. Том Риддл родился червивым насквозь, об него бы и сам Мерлин зубы обломал. Ты не о нем думай. Гарри — паренек хороший, светлый, я помню, как он тут детворе мозги вправлял. Правильный пацан. А ты его собираешься безусой мордашкой в дерьмо сунуть.
— Выбора нет, Аб. Проклятое Пророчество… Ни один не сможет жить спокойно, пока жив другой… Мне очень дорог этот мальчик, но защитить его от судьбы не в моих силах, могу лишь помочь — направить, научить, подтолкнуть. И уйти с дороги.
— Погоди уходить, не горит.
— В том-то и дело, что горит. Том до меня не сегодня, так на днях доберется, я ему словно кость в горле. Погибать надо с пользой.
— Польза… Вот все у тебя не как у людей, Ал. Приголубил бы Риддла в Министерстве Авадой — это была б польза.
— Не все так просто… ты не понимаешь…
Ладонь на спине дрогнула и исчезла.
— Куда уж мне, убогому, чумазому трактирщику, до великого светлого Альбуса Дамблдора.
— Перестань, мой чумазый трактирщик-брат куда выше и чище меня.
— Пошел блажить… Ты эти песни своему стаду пой, здесь они не работают.
Альбус медленно выпрямился, отвел плечи назад, разминая затекшую спину, недоуменно повертел в руке смятую оправу очков.
— Тома мне не потянуть, Аб, сейчас он и вправду бессмертен.
— Однажды Авада отправила его в бега на тринадцать лет. Повтори маневр — и воспитывай своего героя спокойно.
— Нельзя, они с Гарри связаны накрепко, и суть этой связи совершенно не ясна. Кто знает, как Непростительное для Тома скажется на мальчике? Я не имею права так рисковать.
— Ну да, а шансов выстоять в поединке против Темного Лорда у семнадцатилетнего пацана куда больше. Опять темнишь, Ал.
— Прости.
— Братьев не выбирают. — Аберфорт посмотрел ему в лицо, нахмурился. — Весь лоб себе когтями рассадил, истеричка старая, — вытянул из кармана палочку, — сиди ровно, залечу.
— Спасибо. — Дождавшись окончания процедуры, Альбус восстановил покалеченные очки и водрузил их на нос. Махнул рукой в сторону портрета. — Ты наш тоннель давно проверял?
— С неделю тому, в Комнату, правда, не попал, она была занята. Уверен, что детвора его найдет?
— Вход зачарован на чувство голода, попросят у Комнаты еды — попадут прямо к тебе.
— Умно, если риддловы смертожоры туда и заберутся, то вряд ли не обедамши. Что еще я могу сделать?
— Приглядывай за Гарри, ему наверняка потребуется помощь. Зеркало Сириуса цело?
— Что ему сделается.
— Держи под рукой. И вот еще что, я сейчас познакомлю тебя с одним домовиком, они с Гарри большие друзья. Добби!
Чтобы сесть за уроки в пятницу сразу после последней пары, надо быть Гермионой Грейнджер. Драко Гермионой не был, поэтому, закинув сумку в спальню, он отправился в Выручай-комнату. Там обнаружились мрачные Чжоу с Луной, у ног их лежал одинокий бумажный журавлик.
— Так и знал, что вы здесь. Проблемы?
Чжоу со злостью пнула измятое оригами.
— Нифига у нас не выходит, эта Нить Ариадны годится только первокурсников по гостиным разводить.
Луна склонила голову к плечу, искоса взглянула на Драко.
— Может, втроем попробуем?
Чжоу по-турецки уселась на пол, призвала журавлика, повертела его в руке.
— Бесполезно, нужно что-нибудь покрепче. Малфой, наша задача — отправить эту птичку в шкаф и вернуть обратно. Есть идеи?
— А простой клубок ниток не пробовали?
— Пробовали, птичка лететь отказывается.
— Блин…
Луна отобрала у подруги журавлика и принялась задумчиво разглаживать мятые крылышки.
— Есть чары Хозяина вещи, но они действуют только на родовые артефакты. Можно взять фамильный перстень…
— Ага, и он с удовольствием полетит. Малфой, у тебя случайно не завалялся какой-нибудь родовой половичок-самолет?
Драко медленно покачал головой и тут же щелкнул пальцами.
— Хозяин вещи! Элементарно! Эльфы!
Чжоу хлопнула себя ладонью по лбу.
— Конечно! Малфой, ты, как всегда, гениален. Добби!
Домовик возник посреди Комнаты, увидел бывшего хозяина и испуганно прижал уши. Драко досадливо поморщился.
— Ну чего ты кипишуешь, я ж тебя даже не обругал ни разу.
— Простите, мистер Малфой, хозяин, сэр…
— Да какой, саламандру тебе за шиворот, хозяин… Помощь нужна. — Легко преодолев сопротивление своей аристократической натуры, Драко присел перед домовиком на корточки. — Надо запустить одну штучку в этот шкаф как можно глубже, а потом, когда девчонки скажут, аккуратно вытянуть назад. В шкафу полно магии, наши заклинания не выдерживают, вся надежда на тебя. Справишься?
Эльф оживился.
