— Озадачился наконец? Думал, уже не спросишь. На самом деле секрета нет. Старшина, он ничейный. Я планировал задействовать его в одной операции, но не получилось. Просто он слишком ершистый и не станет делать то, что, по его мнению, неправильно. Вот я и избавился от балласта, отправив его к тебе в помощь. Виктор — да, он мой человек, но от него подлости не жди, он нормальный парень. Что касается политрука, то он человек отца. От него тоже подлости не жди, он из идейных, и отец выбрал его именно из-за этого. Я это точно знаю, да и отец при мне ставил задачи, перед тем как отправить его к тебе. Боится отец, как бы мы не начали чудить. Особенно на антисоветчине помешан, но это и неудивительно, зная кто у нас мамы. Он и за мной тоже присматривает, так что ты не один такой.
Честно сказать, не ожидал от брата такой откровенности, да и спрашивал только чтобы увидеть его реакцию на мои слова, а тут вон как все получилось. Вроде мелочь, не стоящая внимания, а все равно приятно.
В итоге посидели с братом так душевно, что я с трудом помню окончание застолья, только урывками. Соответственно, утром поднялся с больной головой, вернее, меня подняли, потому что я проснулся от громкого стука в дверь.
Когда, собравшись с силами, я открыл, на пороге обнаружил посыльного от брата, который передал мне записку.
Удивил меня, конечно, его столь ранний подъем и подумал: «это как так? Пили вроде одинаково, а брат все равно с утра пораньше на службе. Тренированный, наверное».
Записка действительно удивила, если не ошарашила.
«Привет, Сергей. Выяснил немного про твою Настю. Действительно скромница и со всех сторон положительная. Не упусти счастье, братишка… самолёт у тебя в шесть вечера, машина подъедет к гостинице в пятнадцать ноль ноль. Удачи тебе».
Еще в записке был адрес Насти и название университета, в котором она училась, и даже время окончания ее занятий.
Когда он только успел все это выяснить? Прямо где-то даже завидно, когда я понимаю, какими возможностями обладает брат.
Честно сказать, на миг задумался, стоит ли мне в принципе заморачиваться сейчас личной жизнью. В свете предстоящих событий как-то не до любовных приключений. Но стоило вспомнить короткий взгляд Насти на меня, и все. Сомнения исчезли, будто их и не было.
Решил для себя, что по-любому нужно познакомиться на трезвую голову, а там куда кривая вывезет.
С этой мыслью и потопал умываться, бриться и вообще заниматься гигиеной. Раз уж решился, значит надо выглядеть если не на все сто, то хотя бы прилично.
Понятно, что сразу я никуда не пошёл, времени до конца занятий было ещё дофига и больше, поэтому после завтрака я просто гулял по столице и бездельничал.
По дороге к университету прикупил букетик полевых цветов и потом, как малолетка озабоченный, несколько часов проторчал недалеко от входа, вышагивая из стороны в сторону, подобно часовому, охраняющему особо важный объект.
Почему-то я даже не подумал, что Настя может выйти не одна, и даже растерялся, когда она появилась в окружении десятка подруг.
Честно сказать, непросто было решиться вот так взять и подойти под прицелом оценивающих глаз ее подружек. Беда ещё и в том, что я слабо представляю, что при этом нужно говорить.
Нет, так-то в робости с женским полом меня обвинить трудно, в разговорах с женщинами язык всегда был не привязан, но не в этом случае. Тут и все осложнялось ещё и тем, что у меня было совсем мало времени. Девчонки вышли из университета гораздо позже, чем должны были, и из-за этого у меня только и осталось времени, что добраться до гостиницы. Поэтому отпал вариант пригласить прогуляться или тем более встретиться позже, а объясняться в присутствии подруг — занятие совершенно неблагодарное.
В общем, раздумывая обо всем этом, шагал я к стайке девчат действительно как на каторгу. Тем не менее собрался с силами, подошёл и, протягивая букет, произнес:
— Сегодня трезвый как стеклышко и готов подписаться под каждым сказанным вчера словом.
Настя несмело взяла букетик, а присутствующая здесь язва-шатенка прокомментировала
— Ничего себе, какие страсти.
Не обращая ни на что внимания, я продолжил говорить:
— К сожалению, сейчас вынужден уехать и, возможно, надолго, но живу надеждой, что мы ещё увидимся и сможем пообщаться.
С этими словами слегка склонил голову, развернулся и стремительно ушёл, по пути ругая себя последними словами.
— Мля, герой-любовник, твою…. Ведёшь себя, Серёга, как несмышленыш. Ну вот нафига было смущать девушку при всех? Мог бы и потерпеть до удобного случая, нет же, надо обязательно выпендриться…
В общем, что-то распереживался, будто и вправду впервые прикоснулся к прекрасному, даже не по себе стало и захотелось в очередной раз свалить все на неправильное переселение душ. Только вот сам себе не соврешь: вправду при взгляде на эту красавицу башку сносит напрочь. Клиника, что тут ещё скажешь.
