Басовито загудел электродвигатель, внедорожник мягко тронулся с места. Старая техника, допотопная, но надёжная, как стальной ломик.
Ехать снова нужно было через весь город, либо выезжать на объездную, что заняло бы в два раза больше времени. Водитель повёз нас через центр.
— Может, через объезд быстрее было бы? Пробки, — подал голос лейтенант Козлов.
Водитель бросил на нас быстрый взгляд через зеркало заднего вида. Это был контрактник в звании старшего сержанта, взрослый мужчина, а не какой-нибудь сопляк.
— Наоборот, господин лейтенант. Сейчас все за город едут, а мы проскочим, — сказал он.
Заявление выглядело сомнительным, но здравое зерно в этом утверждении всё равно имелось. Новая Москва была окружена со всех сторон широко раскинувшимся пригородом, многие предпочитали жить за пределами душного и многолюдного центра, благо, земли на планете хватало на всех, но работать все ездили непосредственно в столицу. Отчего каждый день утром и вечером возникали гигантские пробки, несмотря на грамотную планировку и развитую систему общественного транспорта.
Водитель ловко встраивался в потоки транспорта, лавировал между другими машинами, умело маневрировал и на широких проспектах, и среди тесных улочек центра. По-хорошему, стоило бы взять воздушный транспорт, но и в воздухе было не протолкнуться от летательных аппаратов всех мастей, все воздушные коридоры были забиты даже сильнее, чем наземные трассы.
Я флегматично поглядывал в окно, за которым медленно проплывали здания исторического центра Новой Москвы, лаборатории и базы первых поселенцев, строго функциональные модули колонизаторов, переоборудованные теперь под музеи и офисы. Бывшие космические корабли, на которых когда-то давным-давно сюда прибыли далёкие предки нашей любимой государыни и сотни самых знатных семейств Империи. Первопроходцы, обнаружившие идеальный мир для заселения, с кислородно-азотной атмосферой, гравитацией, похожей на земную, и не представляющей опасности для человека флорой и фауной. Новая Москва была настоящим бриллиантом в короне Империи, лучшим из множества миров.
Вторая и последующие волны колонизации к знати уже не относились, лишь отдельные граждане могли получить личное дворянство за какие-нибудь особые заслуги, как, например, адмирал Ушаков, которого императрица пожаловала графским титулом. Я же, как выходец со Старой Земли, здесь и вовсе считался чужим, понаехавшим быдлом. К Старой Земле, пусть даже она была и оставалась колыбелью всего человечества, тут относились без пиетета и уважения.
Мы проехали через старейшие районы города, выбрались на тесные улочки административных кварталов. Почему водитель выбрал именно этот маршрут, я не имел ни малейшего представления.
Но никаких поводов к тому, чтобы его подозревать, он не давал, сержант честно выполнял свою работу. Пока мы не заехали в какую-то подворотню, которую перегородил огромный беспилотный мусоровоз.
— Вот зараза… — пробормотал водитель.
Я занервничал. Ни у меня, ни у лейтенанта, ни у водителя оружия с собой не было, а ситуация явно выходила из-под контроля.
— Ты нас куда завёз? — рыкнул Козлов.
— По короткому пути! — воскликнул водила.
Я обернулся и посмотрел в заднее стекло, ожидая увидеть там что угодно, начиная от боевика с реактивным гранатомётом и заканчивая многоцелевым танком. Пока что дорога оставалась пуста.
— Назад сдавай! — приказал я.
— Нельзя же! — возразил он. — Меня прав лишат!
Для разворота в этом переулке нам не хватит места. А впереди тарахтел мусоровоз, периодически лязгая задним бортом и упираясь им в стену. Не то застрял, не то кто-то нарочно его оставил поперёк дороги, перехватив управление, а теперь робот-болван не может выбраться.
— Езжай. Назад, — сквозь зубы процедил я.
Сержант взялся за селектор, обернулся назад, глядя в заднее стекло, а не в зеркала, начал потихоньку выбираться из этого переулка. Я нервно барабанил пальцами по подлокотнику, пожалуй, теперь мне противопоказано расставаться с оружием. Мне остро не хватало этого ощущения, когда кобура с пистолетом немного оттягивает ремень вниз. Рука сама тянулась к бедру, всякий раз нащупывая только форменные брюки. Неуютно.
Внедорожнику и без того было тесно в этой подворотне, а при маневрировании задним ходом это ощущалось ещё острее.
— Надо было на летуне, — пробормотал лейтенант Козлов. — Не нравится мне это всё.
— А уж мне-то как не нравится, — тихо сказал я.
В этот момент сзади подъехал ещё один автомобиль, фургон, наподобие курьерского, и я похолодел. Мышеловка захлопнулась, командор Мясников снова поступил как идиот, доверившись малознакомому водиле из чужого подразделения.
— Жми на газ, тарань его! — рявкнул я.
Но водитель боялся повредить вверенное ему транспортное средство. Пока не начнутся реальные проблемы, он и не пошевелится, и с его точки зрения никаких проблем не было. Это я видел очевиднейшую ловушку, в которую мы заехали сами.
Сержант раскрыл дверь и высунулся наружу, из окна фургона тоже высунулся человек в синем рабочем комбинезоне.
— Чего у вас там⁈ — крикнул водитель фургона.
