У единственного подъезда двенадцатиэтажного муниципального дома по улице Яблочкова царило необычное оживление. Вокруг блуждающих по небольшому асфальтовому пятачку перед домом полицейских собрались все окрестные зеваки: разнополые пенсионеры, молодые мамы с детьми, подростки и даже несколько рабочих, приводивших в порядок дорожное покрытие улицы, плюнули на свои обязанности и приняли живейшее участие в обсуждении происходящего. А поскольку, что именно произошло в здании, никто не знал — полицейские молчали, трупы из подъезда не выносили, арестованных не выводили, — у каждого из зевак была своя версия произошедшего. Абсолютно достоверная и единственно правильная.
— Наркопритон замели, точно вам говорю, — авторитетно утверждал опрятный старичок с маленькой орденской планкой на пиджаке. — Наркопритонов сейчас в Москве больше, чем автозаправок. Непонятно, куда смотрит полиция!
— Проститутки здесь жили, проститутки, — не соглашались с дедом две пожилые тетки с хозяйственными сумками. — Мы рядом живем и все про этот дом знаем. Гулянки здесь постоянные, по вечерам окно открыть невозможно — музыка гремит, как на параде. Теперь голубушки посидят за решеткой!
— Наркопритон!
— Публичный дом!
— Да откуда здесь шлюхи?
— Известно откуда! Сам небось к ним бегал!
— Постеснялись бы детей! — недовольно заметила молодая мама с кудрявым, лет двух, малышом в прогулочной коляске.
— Разборка здесь была бандитская! — уверенно, со знанием дела, заявил бригадир рабочих.
— Тебе-то откуда знать?
— Мы же здесь работаем. Все видели.
— Да что вы видели?! Ковыряетесь тут целый день, житья от вас нет никакого, все долбите, долбите!
— Работали бы лучше! — согласился с женщинами старичок.
Бригадир высокомерно усмехнулся, но спорить не стал. Вместо этого он коротко велел своим подчиненным возвращаться к делам и сам уже хотел выйти из толпы, когда невысокий худощавый мужчина в сером костюме мягко взял его за рукав.
— А что именно вы видели?
— Тебе-то что?
— Интересно.
Они сделали несколько шагов в сторону, подальше от толпы, и худощавый вытащил из кармана полицейский жетон. Бригадир ремонтников взял его, внимательно осмотрел и проворчал:
— Корнилов, значит?
— Ага, — подтвердил Андрей.
— Тот самый?
— Ага.
— Я тебя другим представлял, — бригадир смерил майора взглядом, — поздоровее.
— Приходится маскироваться, чтобы бандиты не узнавали, — вздохнул Андрей. — А потом, не всем же быть вроде вас…
Росту в рабочем было никак не меньше двух метров, и казалось, что голова Корнилова могла легко уместиться в его огромной ладони.
— Ладно, ладно, ты же в этом не виноват! — благодушно махнул рукой бригадир. — Михал Саныч я. — Он снял кепку и вытер пот. — Утро, а жарко уже.
— Бабье лето, — пожал плечами Корнилов. — Видели что-нибудь интересное, Михаил Александрович?
— Что-то видел. — Рабочий охотно взял предложенную майором сигарету. Закурили. — Моя бригада здесь давно — к шести подъехали. Нам до завтра надо улицу закончить, вот и торопимся. А потом, с утра работать проще — машин меньше.
— Понимаю.
— Тут ведь какое дело. Поставят свои машины вдоль улицы, и работай как знаешь. Мы ведь заранее предупреждаем: идут работы, машины не ставить. — Бригадир кивнул на временные знаки. — А все равно. Бросают как попало, а потом обижаются, что мы вызываем эвакуатор. А нам работать надо?
— Надо, конечно, — согласился майор. — Значит, вам помешала машина?
— Как раз наоборот. Приехали, смотрим — стоит джип. Ну, думаем, опять началось, подошли поближе — все в порядке. Очень аккуратно стоит, не придерешься.
Семеныч еще пошутил, что эти эвакуаторы кого хошь научат законы уважать.
— Марка джипа?
— «Круизер», — уверенно сообщил рабочий, — у нашего директора такой, только стекла не тонированные.
— Во сколько этот джип приехал?
— Ночью. Мы вчера поздно ушли, часов в десять, а его еще не было. — Бригадир глубоко затянулся. — Поработали, значит, минут двадцать — подъезжает спортивная тачка, ярко-красная такая.
— Марка?
— «Ауди» вроде, там кольца на багажнике сверкали, да мы, если честно, на тачку особо не глядели, там такая девица за рулем сидела — закачаешься. Сама черненькая, глаза огромные, как блюдца, синие, платье красное такое, обтягивающее. — Рабочий причмокнул. — Она как из машины вышла — ребята аж работать бросили. Чуть глаза не сломали!
— Опознать сможете?
— Конечно.
— Она одна была?
— Нет. С ней мужик. Высокий такой, коротко стриженный, здоровый. — По уважению в голосе высокого рабочего чувствовалось, что комплекция мужчины впечатлила даже его. — Мужик еще на «Круизер» посмотрел так, по-хозяйски, внутрь заглянул и сказал… — Бригадир задумался. — Сказал: «Надо заставить Артема помыть машину». Я недалеко стоял, вот и услышал.
— Артема? — уточнил Корнилов.
— Да. Артема. — Больше ничего не говорили?
— Нет, в подъезд зашли. Мы с ребятами еще пошутили, что дом только с виду обычный, а внутри, наверное, дворец. Можно еще сигаретку?
— Запросто.
— Спасибо.
— На здоровье.
Михаил Александрович хмыкнул и закурил.
