Все наши последующие встречи заканчивались слезами. Я плакал каждый день, хотя до этого был скуп на слёзы. В наш последний вечер я выплакал столько, что вся Африка могла заполнить запасы воды на несколько лет вперёд. То же самое можно сказать о ней. И тот вкус солёных губ я запомнил так хорошо, что каждый день могу в точности воспроизвести его в своей голове.
А вот теперь можно рассказать о том, как я испортил тот вечер, наверное, один из самых прекрасных в моей жизни. Он таковым был, пока не случилось это.
В коматозе в этот день я с раннего утра был словно под наркотиками, вызывающими самую сильную эйфорию, которую только можно представить. Я ждал этого момента так сильно, что не мог найти себе места. Её сообщение, я бегу за той же бутылкой виски и по дороге чуть приплясываю. Друг даёт ключи от квартиры. Мы заходим и начинаем пить. Всё было хорошо, за исключением одного: в её глазах читалась неимоверная боль, а в моих – огромная радость. Из-за этого мы никак не могли поймать одну волну, ведь она хотела говорить обо всём, что в ней сидело, а я, как какой-то идиот, повторял, что всё здорово и классно. Она страдала, а я радовался. В результате всё пришло к тому, что в какой-то момент она просто не выдержала и хотела уйти, а я пытался её остановить. Она кричит и пытается понять, почему мне так хорошо, если уже меньше чем через месяц мы будем находиться по разным уголкам нашей необъятной страны, а я не могу ответить на это, ведь ей не расскажешь про коматоз. Я начинаю лгать так глупо, что она это сразу видит и ещё больше расстраивается, а затем просто уходит, сопровождая закрытие двери квартиры рыданиями. Я набираю ванную и вскрываю вены.
Попытка номер два. Я уже не так сильно жду этот вечер. Негативные эмоции сидят во мне ещё со вчера, но я готов всё исправить. Она говорит, я внимательно слушаю и не произношу ни слова. Делаю всё по шаблону, который был составлен ещё в реальности. Вот только было одно «но»…
Мы лежим, лунный свет и её лицо. Всё то же самое, но уже другое. Ведь я уже проживал это, значит, тех эмоций уже не повторить. К тому же весь вечер ради этого момента я вёл себя фальшиво, чего с ней себе никогда не позволял. Меня распирает злость. Я почти у точки кипения. Злюсь на себя так сильно, что еле сдерживаюсь. Тут накатывают воспоминания, самые паршивые воспоминания, связанные с ней. Я на пике. Я взорвался.
Ору на неё так сильно, что она не может вставить и слова. Говорю ей и про бал, и про расставание, и про все её последующие маски, которые она надевала при встрече со мной. В тот момент меня совершенно не волновало, что для неё этого ещё не произошло. Она в принципе понятия не имеет, о чём я говорю. Из моих уст вырывается не просто крик, а самые настоящие вопли. Я матерю себя, её, весь мир. Вдруг осознаю, что происходит, и пытаюсь как можно скорее уйти, чтобы добраться до первой многоэтажки и без раздумий прыгнуть с верхнего этажа. Она пытается меня остановить, чтобы разобраться в том, что произошло, а я толкаю её с такой силой, что она падает. Вновь начинаю орать сам на себя и, как последний трус, убегаю. Это был 9-й этаж очередной многоэтажки, я лечу вниз.
Попытка номер три. Мне уже тошно от всего происходящего, но я вновь пытаюсь повторить этот день в надежде, что получится сделать его если не таким, как в реальности, то хотя бы похожим. Я не должен 4 июня 2017 года испытывать негатив, это не по правилам. Так нельзя, нужно это исправить.
Бутылка виски, ключи, мы заходим в квартиру. Те же стаканы, она говорит о том же, я поддерживаю разговор и засовываю поглубже в задницу все свои эмоции. Мне стыдно, а она даже не понимает за что. Меня вновь берёт злоба, я заталкиваю эмоции ещё глубже. В туалете смотрю на себя и вижу глаза безумца. Думаю, замечает ли она это? Выхожу, она взяла в руки телефон, чтобы кому-то написать. Хочу вышвырнуть его и обвинить её в том, что это она виновата. Именно из-за неё этот день стал настолько дерьмовым. Я держусь, руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Убираю их за спину и стою как вкопанный. Очнулся от того, что она сказала: «Ты чего не садишься?»
Я сел, и мы продолжаем разговаривать. Снова эта кровать и лунный свет. Понемногу успокаиваюсь. Она начинает мечтать о нашем общем счастливом будущем, а я, зная итог, хочу взорваться снова. Точка кипения. Молча встаю и ухожу в туалет, чтобы умыться. Смотрю на себя и думаю: «Тот, кто назвал прошлый взгляд безумным, явно не видел этого». Дышу как можно чаще, чтобы успокоиться. Понимаю, что нужно идти к ней. Виню себя во всех смертных грехах и пытаюсь не заплакать. Начинаю злиться из-за того, что она ни в чём не виновата. Причины настолько бредовые, что мне одновременно смешно и больно.
