В парилке мы перекинулись парой слов, а через несколько минут крепко прижимались друг к другу во время поцелуя. Для меня это было одновременно чуждо и так знакомо. Я ловил постоянные флэшбеки из прошлого, живя в нём. Чувствовал себя на 29, но находился в теле подростка. Я целовал её и ощущал те эмоции, которые были со мной в реальности в том возрасте, будто наш поцелуй происходит не в данную минуту, а в каком-то давно забытом воспоминании.
Прижимаюсь крепче и шепчу ей на ухо:
– Мне здесь неимоверно жарко. Пойдем в раздевалку.
По её лицу вижу, что она хочет пойти, но внутренние принципы не дают этого сделать. Она пока не понимает, что можно просто переспать с парнем на одной из тусовок. Сейчас для неё это неприлично и даже дико.
Она поцеловала меня и тактично сказала, что нужно идти к ребятам. Как только мы вышли, то увидели, как Вадим и Оля отталкивают друг друга, чтобы мы не заметили их поцелуй. Но Маша не удержалась:
– Занимались тем же, чем и мы?
Все рассмеялись, а на часах было 10 вечера. Я захотел продолжения и задумался над тем, чтобы продлить сауну ещё на час, хотя понимал, что это невозможно, так как никому родители не разрешат сидеть так долго, может быть, только Маше, всё-таки возраст ей позволяет чувствовать независимость, пусть она пока что школьница. Я только решил начать говорить, что хочу продолжения вечера, как Оля заявила:
– Я тут подумала… У меня родители уехали к друзьям на дачу с ночёвкой, поэтому можно поехать ко мне.
Тут всё зависело от Вадима, так как я понимал, что без него Оля не захочет приглашать кого-то к себе. Ему осталось только договориться с родителями, а своим я уже отправил сообщение, что вернусь после полуночи. Конечно же, мне начала звонить мама, но я не чувствовал угрызений совести, и понятно почему. Маша сказала, что не против продолжения. Теперь все смотрели на Вадима, так как от него зависел наш вечер. Он сразу заявил, что его не отпустят, но я начал давить на него, чтобы он хотя бы попробовал. Это было даже в какой-то степени некрасиво, но мне больше ничего не оставалось. В итоге он сдался, набрал номер мамы и направился в одну из раздевалок. Мы остались втроём и пытались скоротать томительное ожидание разговорами. Через 3 минуты Вадим вернулся с улыбкой на лице: его отпустили до часу ночи, к счастью, квартира Оли находилась в 500 метрах от наших домов, поэтому можно было сидеть до последнего.
Недолго думая, мы стали собираться, сдали сауну хозяйке, которая убедилась в том, что ничего не сломано, и заказали такси. Меня начала мучить совесть, поэтому решил всё же набрать маму и сказать, что со мной всё хорошо, чтобы она не волновалась. Я так не делал уже очень давно, потому что банально не видел в этом смысла, ведь все ссоры забывались с наступлением утра. Но тогда совесть меня настолько замучила, что после 5 минут выслушивания претензий от мамы, которая в результате меня отпустила, я испытал облегчение.
Наш город совсем крошечный, поэтому до Оли мы доехали быстро: к 11 часам мы уже были в её квартире. У нас осталось немного спиртного, поэтому хозяйка дома отправилась на кухню за бокалами, пока мы устраивались в гостиной на диване. Решили посмотреть фильм и остановились на ужастике «1408», который был снят по книге Стивена Кинга. После 20 минут просмотра нам было уже плевать на то, что происходит на экране: мы целовались. Как же это всё-таки по-детски, но очень атмосферно. Я бы счёл это сущим бредом даже в 19 лет, но я пока школьник и должен прочувствовать момент, будто у меня нет за спиной 29-летнего жизненного опыта. Через несколько мгновений Оля и Вадим встали и молча ушли в другую комнату. Я остался с Машей наедине.
Посмотрел на часы – почти 12 ночи. Стоит попробовать сделать то, что для неё пока кажется аморальным. Я перехожу к более активным действиям. Сначала она меня отстраняет, но всё равно сдаётся. Я накрываю нас одеялом и собираюсь сделать то, чего мы оба хотим. Но вдруг она меня отталкивает, причём делает это так резко, будто все её эмоции в одно мгновение выплеснулись наружу.
– Нельзя, ещё рано. Я так не могу.
– Почему?
– Ты ещё спрашиваешь?
Боясь всё окончательно испортить, я немного ослабил хватку и, вспомнив свои действия в реальности, когда мне было 17 лет, стал делать на первый взгляд безобидные вещи, но они были подкреплены моим опытом в общении с девушками. Петтинг – штука безобидная, но что-то в ней есть.
Как же это по-юношески! Давно у меня подобного не было, от чего мне стало одновременно и хорошо, и плохо. Я ловил кайф в психологическом плане от всего, что происходило, но физическое желание не давало мне покоя. Я с каждой минутой становился ближе к тому, чтобы наплевать на всё и перейти к таким активным действиям, что она точно стала бы моей. Петтинг дает свои плоды, она полностью раскрепощена. Целует меня всё ниже, постепенно спускаясь к тому, что двигает мной сейчас, и ровно в этот момент раздается стук в дверь.
– Эй, вы там не уснули?
Это был Вадим. Он вспомнил, что обещал прийти домой к часу. Мы быстро одеваемся, и я иду к двери, чтобы открыть её.
