Это был один из последних крупных боев, проведенных Светлаковым. В декабре западная группировка белых предприняла очередную попытку соединиться с восточной в районе Кунгура. Бригада Деткина с боями отходила к Аспе, Печменю и Уинску. На командира полка Светлакова была возложена задача сдержать наседавшего противника у деревни Сараши и обеспечить организованный отвод всех частей бригады. Когда последние стрелковые подразделения полка уже оставляли Сараши, на улицах с оружием в руках появились местные кулаки и окружили здание полкового штаба. Светлаков, услышав выстрелы, вскочил на коня и ринулся к воротам. Здесь его встретила разрывная винтовочная пуля. Пройдя через глаз, она разнесла командиру полка затылок. В этой же схватке был смертельно ранен военком полка Новиков. Тело Светлакова комбриг Деткин приказал доставить для погребения в Пермь, но занявшие вскоре город колчаковцы разрыли могилу и выбросили из нее останки красного командира.
Многих боевых друзей потерял Деткин за последнее время. Особенно переживал он за тех, чьей смерти меньше всего можно было ожидать. Так случилось, когда погибла в бою медсестра Софья Ивановна Люстрицкая, давняя подруга дорогого для комбрига человека — Софьи Иосифовны Павловой. Теперь Деткин заходил в лазарет не только для поддержки духа раненых, не только для того, чтобы увидеть Софью Иосифовну, но и подбодрить ее в трудный час, отвлечь от печальных мыслей. Многое изменилось в их отношениях после памятного разговора-полупризнания, но они все еще никак не могли перейти на «ты». Слишком трудные заботы одолевали обоих, чтобы говорить только о сугубо личном. Лишь редко комбриг со спокойной душой мог сказать:
— Пойдемте, Софья Иосифовна, подышим свежим воздухом. Закат сегодня что-то уж очень заполыхал…
Они обычно молча шли до околицы села. Вот и сегодня Софья приглушенно вздыхала.
— Тяжело вам теперь без подруги…
— Начинаю понемногу привыкать, товарищ комбриг. Первое время все из рук валилось. Никак не могла себе представить, что нет ее больше в живых. Казалось, вот-вот она вбежит, как бывало, закричит с порога что-нибудь веселое, и вся грусть-тоска, все заботы вмиг исчезнут!
— Соня! — Деткин помедлил и тихо сказал: — Завтра к полудню подготовьте раненых, надо отправить лазарет подальше в тыл. Здесь ему оставаться опасно. И, пожалуйста, берегите себя… Вражеское кольцо сжимается.
— Мы-то все-таки не на передовой. А вот вам о себе подумать действительно надо. Измотались вы окончательно, Павел Иванович. Отдыхайте хотя бы шесть-семь часов в сутки.
— Софья Иосифовна, сейчас не время отсыпаться. Было бы возможным — все двадцать четыре часа оставался бы на ногах.
— Надолго ли вас хватит, товарищ комбриг? Бойцы верят в вас, идут за вами. Надо оправдать их доверие не только сегодня, но и завтра, через месяц. Подумайте об этом.
— На войне как на войне, — попытался отшутиться Деткин.
— Да, но кто сказал, что на войне отдыхать не надо? — наступала сестра.
— Надо, Софья Иосифовна, надо, только мы оба отошли от главного разговора. Итак, готовьтесь завтра в путь. Кстати, скоро нам должны привезти перевязочный материал.
— Вот за это спасибо, а то мы сейчас на бинты нательные рубашки рвем.
Госпиталь был эвакуирован в тыл своевременно. Собственно, к концу 1918 года тыл стал для деткинцев понятием относительным. Белые с боями взяли Куеду и Аряж, упорно продвигались к Дубовой Горе. Артиллерийская канонада слышалась даже в самых отдаленных деревнях обороняемой зоны, где располагались обозы и хозяйственные подразделения бригады. Местные крестьяне помоложе находились на передовых позициях, пожилые вели саперные работы или были подводчиками. Женщины стирали бойцам белье, выпекали хлеб. Отлично зная местность, жители доставляли красноармейцам важные сведения о противнике, предупреждали о сосредоточении его сил и возможных направлениях ударов.
Два месяца шли бои за деревню Дубовая Гора. После отступления бригады с участка железной дороги Красноуфимск — Сарапул именно в районе Дубовой Горы противник проявлял особую активность. Сменивший В. Г. Данберга новый начальник 5-й Уральской дивизии Г. И. Овчинников приказал своему заместителю комбригу Деткину удержать Дубовую Гору любой ценой. Здесь сосредоточились главные силы бригады. Бирский полк размещался на подступах к Дубовой Горе по линии деревень Зверево, Бедряж, Елань, Куба, Суюрка, Рябки со штабом в деревне Комарово. Район Рябков занимал недавно сформированный из местных дружин Уинской и Аспинской волостей, а также крестьян деревень Калиновки, Богатовки, Коробейников, Караморки и ряда других 3-й Бирский полк во главе с командиром Карушниновым и комиссаром Башкатовым. Позиции полка проходили по линии Калиновка, Деменево, Коробейники, Караморка.
Штаб 2-го Бирского полка стоял в Дубовой Горе. Здесь же почти неотлучно находился и сам командир бригады.
