Стр. 355…стыдилась хвалить произведения, носившие ребяческое название… — Несмотря на то, что уже в первой половине XVIII в. во Франции и в других странах стал проявляться интерес к сказке и был выпущен целый ряд сборников сказок восточных и других народов, школьная поэтика эпохи Просвещения относилась к сказке, ориентирующейся на детское воображение, крайне пренебрежительно. Это пренебрежение объясняется присущим этой эпохе культом разума и презрением ко всему неразумному, иррациональному, стихийному.
Стр. 356…в виде нелепейшего пролога. — Представления актеров комедии дель арте, как правило, начинались с пролога. Эти прологи часто бывали нарочито нелепыми, буффонными. Неоспоримый успех имеют даже тривиальности… — Гоцци выдвигает здесь очень важный эстетический принцип: для того чтобы тривиальность (пошлость) имела успех и доходила до зрителя, нужно, чтобы автор отдавал себе полный отчет в том, что он оперирует пошлостями, и поместил их в свою пьесу именно как пошлости. Таким образом, правдивость, по Гоцци, всегда является условием театрального успеха.
Стр. 358. Действующие лица. Все собственные имена в этой фьябе, как и во многих других, фантастичны. Впрочем, некоторые из них имеют известное созвучие с собственными именами рыцарского эпоса. Так, Рончислапский лес несколько напоминает Ронсевальское (по-итальянски — Рончисвальское) ущелье, а маг Дурандарте приводит на память наименование меча Роланда Дурандаль.
Стр. 365. Берретини украдут десять фасонов из этого наряда… - Берретини, — по-видимому, владельцы популярной в Венеции модной лавки.
Стр. 366…я читаю песнь Армиды Тассо и роль Кориски из "Верного nacmyxa… — Армида — волшебница, один из главных персонажей рыцарской поэмы Тассо "Освобожденный Иерусалим". Кориска — коварная, ревнивая пастушка из пасторальной трагикомедии Джованни Баттиста Гуарини "Верный пастух" (1586). Стал от любви неистов и безумен… — Эти стихи взяты из рыцарской поэмы Лодовико Ариосто "Неистовый Роланд" (1532).
Стр. 381…это известие и без того попадет в госпожу газету… - Намек на газету, которую издавал в это время Кьяри под названием "Госпожа газета" ("Madama la gazzetta").
Стр. 393… быть может, когда я перейду в это тело, я сохраню свой порок заикания? — Отличительной особенностью персонажа Тартальи было заиканье. На это указывает его имя (по-итальянски tartagliare — заикаться).
Стр. 399. Играет… на разных шутовских инструментах… - Специальностью актеров на роли Дзанни была игра на самых неожиданных, клоунских инструментах.
Стр. 415… ты уродливее, чем сумасшедшая Кьяра… — Кьяра - популярная в Венеции во времена Гоцци сумасшедшая.
Новый род сказочных театральных представлений преуспевал как нельзя лучше, что явствует из неоспоримых истин, изложенных в предшествующих моих предисловиях.
С этих пор насмешки сторонников синьоров Кьяри и Гольдони стали бессильными. Они лишь оскорбляли публику, которая была в восхищении и благосклонно желала видеть в театре все новые сказки.
Этот род представлений настолько отличен от того, который употреблялся обоими вышеупомянутыми поэтами, что не мог вредить их пьесам, правильным и ученым, как их называют. Тем не менее мне едва ли удалось убедить кого-либо в том, что этим пьесам не было причинено ущерба. В схватке театральных поэтов победы и поражения определяются разногласиями публики.
Трудное в этом новом роде зрелищ (кроме других, очень многочисленных трудностей) заключается в избежании однообразия и в придумывании новых и сильных положений.
Чудесное — небольшой источник для небольшого таланта вроде моего. Тот, однако, у кого окажется канва, пригодная для критики и аллегорического изображения человеческих нравов и ложных учений нашего века с правдивостью, скромностью и изяществом, тот, кто сумеет красноречиво ее трактовать и поставить чудесное на подобающее ему место, тот найдет, что чудесное далеко не бесплодно и всегда будет самым могучим и полезным подспорьем для итальянских комических актеров.
Я утверждаю, что приложил все усилия к тому, чтобы сделать мои десять сказок различными как по канве, так и по ситуациям.
«Женщина-Змея» была моей пятой театральной сказкой. Поставленная труппой Сакки в театре Сант-Анджело в Венеции 29 октября 1762 года, она в течение осени и последующего карнавала выдержала семнадцать удачнейших представлений.
Пятая сцена третьего действия этой сказки — одна из тех выдумок, которые серьезные газетные писаки, авторы глупых, бессмысленных сатир, называют тривиальным вздором.
Так как это представление полно чудес, мне пришлось для сокращения времени и расходов труппы, а также для того, чтобы не заставлять ее показывать многие чудесные события, которые, однако, должны быть известны слушателям, выпустить на сцену Труффальдино, подражающего оборванным продавцам печатных известий, и заставить его рассказывать их вкратце, сопровождая повествование разными выходками.