Арджентина. Ваша очередь, синьор Флориндо!
Флориндо. Вот и я. «Мадам, перед вами поклонник вашей красоты».
Клариче
Флориндо. «Разрешите в знак моей благосклонности и почтения поцеловать вашу руку».
Клариче. «Я не заслуживаю подобных любезностей. Я решительно их отвергаю».
Арджентина. Погодите! Погодите! В роли говорится, что вы отвергаете, а вы руку подаете.
Клариче. Глупая роль!
Флориндо. «Располагайте мною. Повелевайте! Для вас я готов перенести любое огорчение, любое мучение и даже смерть».
Клариче. «Искренно ли вы говорите?»
Флориндо. «О да! Я люблю вас!» Но из-за вас я и пальца не позволил бы себе уколоть!
Арджентина. О синьор, ведь это отсебятина!
Флориндо. Это маленькое замечание, которое обыкновенно вполголоса вставляют комики.
Арджентина. Хорошо! Давайте продолжать.
Клариче. «Если вы добиваетесь меня, клянусь, что в угоду вам я подчинюсь любому вашему требованию». Но жить, как простая крестьянка, не хочу.
Флориндо. «Ах мадам! Ваши прекрасные глаза, живость вашего взгляда, очарование ваших коралловых губок… О, я изнемогаю… я сгораю…» Уфф! Что за чертовщина такая!
Клариче. Вы с ума сошли!
Арджентина. Продолжайте.
Клариче. «Вы очаровательны: во всем мире нет более милого обожателя! Вы самый нежный, самый любезный…» Самый большой болван, которого я когда-либо видела!
Флориндо
Арджентина. Нет, синьор, это маленькое отступление от текста. Давайте кончать сцену.
Флориндо. Хорошо, давайте. «Моя дорогая…»
Клариче. «Сокровище мое…»
Флориндо. «Вы царите в моем сердце как женщина и повелительница».
Клариче. «В груди моей бьется сердце только для вас!»
Флориндо. Пойду-ка я лучше ухаживать за крестьянками.
Клариче. А я посылаю вас ко всем чертям! Надоели до смерти!
СЦЕНА 10
Арджентина. Этот конец стоит многого.
Бригелла. Вы теперь понимаете, что случается, когда роли не подходят к исполнителям?
Арджентина. Да, но этого не случилось бы, будь исполнители настоящими актерами и играй они в театре, где все говорят то, что им положено говорить.
Бригелла. Но и в театре актеры частенько, хоть и вполголоса, говорят всякое, что взбредет им в голову. И если роль им не понутру, они обязательно прибавят что-нибудь от себя.
Арджентина. А вот и хозяин. Сейчас наша сцена. Суфлируйте хорошенько. Это очень важная для меня сцена.
Бригелла. Ладно! И у вас кончится так же, как у других!
СЦЕНА 11
Арджентина. «Идите сюда, синьор Ансельмо, мне необходимо поговорить с вами».
Панталоне
Арджентина. «Конечно, принимая во внимание, что я только бедная служанка…»
Панталоне. «Не беспокойтесь об этом. Хоть вам и суждено было родиться служанкой, зато наружность ваша прекрасна, и вы нравитесь мне больше тех дам, которые гоняются за разряженными чичисбеями». О! Что это за каторжная работа!
Арджентина. «Благодаря доброте вашей, набравшись смелости… скажу… доверяясь вашей любезности…»
Панталоне. Дальше!
Арджентина. «Прося вас… простить мне…»
Панталоне. Смелей!
Арджентина. «Уверенная, что вы можете питать ко мне любовь…»
Панталоне. Скорей! Да сдвиньтесь же вы наконец с места!
Арджентина. Это «сдвиньтесь» к роли не относится.
Панталоне. А если у меня захватывает дыхание.
Арджентина. «И вот, я скажу, что чувство долга…»
Панталоне. Дальше! Дальше!
Арджентина. «…начинает переходить в чувство любви…»
Панталоне. Теперь я: «Так как небеса даруют мне малость». Нет, я говорю не то: «…даруют мне милость и возможность наградить нежную услужливость честной девушки, звезды моих очей, то я расположен и скло… скло… склонен предложить вам руку, не обращая внимания на болтовню бездельников, недальновидных сплетников, так… так вот… так… так вот…» Я ваш, если вы этого хотите, дорогая, любимая моя!
Арджентина. О! Этого в тексте нет!
Панталоне. Но если нет, мы это вставим.
Арджентина. Будем продолжать дальше.
Панталоне. Что за собачья работа!
Арджентина. «Итак, с вашей стороны, синьор Ансельмо, нет препятствий к браку со мной?»
Панталоне. Нет, дорогая дочка, я уже вам это говорил.