Утром, пока папа еще спал, мама вылезла из кровати и положила ему в карман пиджака пару тысяч лир, на которые папа в тот же день безобразно напился в соседнем кабачке, бил себя в грудь, рвал рубаху, кричал: «Я ей покажу, кто в доме хозяин!» — и в конце концов разбил окно, два стакана и проглотил чайную ложечку из нержавеющей стали. С тех пор так и повелось: вечером папа укладывался с мамой в постель, а утром мама клала ему в карман сумму денег, на которую папа заливал свое горе.
В этом месте Мышка задала Мурке вопрос, который меня тоже очень интересовал.
— А зачем он на ней женился? — просто спросила она.
— Ни за чем, — ответила Мурка. — Ему его папа велел, дедушка Челентано. Ты же знаешь, в итальянских семьях не принято перечить родителям.
И продолжила свой рассказ.
Ровно через девять месяцев этих оригинальных отношений на свет появился наш Челентано, в прямом смысле слова с молоком матери впитавший товарно-денежную сущность любви и брака. Все свое детство он наблюдал эти противоестественные экзерсисы. И в слабой детской его головушке сложился такой стереотип: мама платит папе — папа любит маму. Когда Челентано подрос и вошел в возраст сексуальной активности, папа, будучи человеком передовых взглядов, повел его в публичный дом, дабы приохотить к женскому телу со всем прилагающимся комплектом развивающе-обучающих практических пособий. Первый экзамен Челентано прошел успешно, а вот когда папа на выходе стал расплачиваться за сладостные секунды, случилась неприятность. Челентано упал в обморок. Ноги его свела судорога, на губах выступила пена, сердце замерло в груди.
Это был культурный и психологический шок от того, что мужчина платит женщине. Не то чтобы он очень уважал в женщине личность и считал, что предлагать ей деньги за любовь унизительно. Нет, совсем наоборот. Он слишком уважал мужчин и полагал, что за бесплатно ни один приличный мужик свою любовь отдавать не должен. Ужас, пережитый в публичном доме, остался с ним на всю жизнь. После его посещения Челентано долго не значился в списках деятелей сексуального фронта и был списан в запас по душевной травме.
