И вот вам другая история. Однажды мы с Муркой отправились в путешествие по северу Европы, на беду взяв с собой Лесного Брата, Большого Интеллектуала и обоих Муркиных детей. На беду, потому что денег нам Брат с Интеллектуалом в руки не давали, а дети так нас утомили, что мы совершенно не соображали, где находимся. И вот в таком нервозном состоянии мы пошли себе погулять и опоздали на паром, который должен был везти нас из Швеции в Норвегию. Приходим на пристань, а парома уже нет. Вернее, есть, но довольно далеко от берега. По палубе скачут ребенок Машка и ребенок Кузя. Скачут и показывают нам большие пальцы: дескать, здорово, молодцы, так держать! И Лесной Брат с Большим Интеллектуалом тоже скачут. И показывают нам кулаки. А мы стоим и смотрим на них, практически бездыханные. Мурка открывает сумку и вынимает оттуда два корешка от билетов и довольно замызганную расческу. Больше в сумке ничего нет. Ни денег, ни документов.
Но Мурка не унывает. Мурка слюнявит указательный палец и проверяет направление ветра. Проверив направление, она вытягивает нос по ветру и начинает принюхиваться. Принюхавшись, берет меня за руку и куда-то ведет. Мы бредем какими-то Богом забытыми переулками, и нос ее все время шевелится. Наконец нос останавливается, и мы останавливаемся вместе с ним. Мурка снимает свое пальто от Версаче за полторы тысячи долларов, выворачивает наизнанку и предлагает мне сделать то же самое. Я ничего не понимаю. Ясно только одно: Мурке лучше не перечить, она всегда знает, что делает. Я покорно снимаю свою куртешку и тоже выворачиваю. Потом Мурка наклоняется, зачерпывает пригоршню грязи, плюхает на свои ботинки от Прада за тыщу двести и предлагает мне сделать то же самое. Я наклоняюсь и мажу грязью свои сапожки. Мы заворачиваем за угол. Мурка подводит меня к открытой двери, возле которой уныло толчется очередь весьма тусклых граждан. Из двери восхитительно пахнет жареным мясом с луком.
— Вуаля! — горделиво восклицает Мурка, показывая на граждан.
— Что это, Мура?
— Как что? Бесплатные обеды для неимущих и две койки на ночь. Ты против? — И она тащит меня к двери. — Расступись! — командует Мурка, и удивленные граждане расступаются. — Дай дорогу жертвам перестройки!
— О! Пе-ре-строй-ка! — повторяют граждане и уважительно цокают языками.
