Дальше последовал «аудиенция» у начальника Разведупра Арвида Яновича Зейбота — сурового, немногословного латыша, который принял Лексу очень холодно и завуалированно посоветовал никуда кроме организации учебно-боевой подготовки не лезть. Что окончательно убедило Алексея в том, что он невольно вляпался в самое кубло интриг и очень скоро пожалеет о том, что попал служить в Штаб РККА.
Поставленная задача заиграла новыми красками. Звучало это так: оправляйся и сделай все, чтобы стало понятно, что Разведупр загубил все полимеры и только прямое вмешательство руководства Штаба РККА все спасло.
По кабинетам и инстанциям пришлось бегать до самого окончания рабочего дня, попутно освоив огромный массив информации, отчего Алексей едва не озверел. Особенно злило то, что подобная беготня обещала продлиться еще несколько дней. Пилюлю слегка подсластил тот факт, что ему открыли доступ в склады материально-технического обеспечения, где он уже успел поживиться кучей патронов и нашел себе новехонький Кольт М1908 Pocket Hammerless. И собирался туда наведаться перед отъездом еще не раз. И да, командировочные оказались более чем впечатляющими. Как в рублях, так и в польских злотых и даже британских фунтах стерлингов. Для чего нужна валюта Лекса пока так и не понял, но очень надеялся, что нелегальничать за рубежом не придется.
Впрочем, все равно, настроение оказалось безнадежно испорченным.
Лекса вышел из здания штаба, постоял немного, случайно вспомнил, что живет уже в другом месте и уныло побрел домой.
Но уже через минуту рядом с лихим визгом покрышек затормозил легковой черный новехонький Форд модели Т.
Лекса с переполоху сунул руку к кобуре, но вовремя разглядел за рулем машины Иду Вебер.
— Лекса! — радостно заверещала Ида и замахала руками. — Наконец я тебя нашла! Садись, подвезу. Не бойся, не укушу, садись, давай!
Лекса помянул мысленно детородный орган кобылы, подавил в себе желание вслух послать в него чертову бабу, немного поколебался и сел на пассажирское сиденье. Присутствовало настоятельное желание сбежать, но Алексей посчитал отступление ниже своего достоинства.
— Ой, каким красавчиком стал! — Ида расхохоталась. — Но остался таким же букой. Улыбнись, ну же…
Копившаяся целый день злость в Лексе едва не вырвалась наружу. Ида раздражала до зубной боли. Хотя, справедливости ради, выглядела она великолепно. Косынку и кожанку сменили изысканное строгое платье и шляпка по последней моде. Наряд и умелый макияж преобразили товарища Вебер в настоящую красавицу. А еще она очень возбуждающе пахла. Впрочем, назойливый аромат духов тоже сразу начал еще больше злить Лешку.
Ида рванула с места машину и забросала Лексу вопросами
— Голодный? Устал? Значит, решено! Едем в «Заверни», на Большую Дмитровку! Там очень вкусно кормят, пиво свежее, есть «американский бар», а вечером будет выступать Утесов! Слышал о нем? Талант, очень популярный певец. Только-только приехал из Питера. Бедняжка, ты прямо с лица сошел. Ну ничего, я тебя развеселю…
Алексея кольнула смутная тревога. Такое внезапное появление Иды Вебер очень сильно настораживало. А еще, она немного переигрывала. Самую малость, но это Лекса подметил. А весь этот спектакль был очень похож на вербовку с целью компрометации. Почему нет? Турчин обожает жену, поймай его на «сладеньком», потом можно веревки из него вить. Учитывая, что Лекса невольно влез в интриги с Разведупром, такая версия являлась очень вероятной. Увидеть живого Утесова очень хотелось, но инстинкт самосохранения оказался сильней.
«Иди кобыле в трещину, Ида Вебер! Нет, только кумыс…» — хмыкнул про себя Алексей и сухо заявил.
— Извините, мне надо срочно домой. Мы с семьей только сегодня переехали, еще не обустроились, дома очень много работы. Да и дочь с сыном приболели…
Ида резко затормозила, посмотрела на Лексу и со злой усмешкой переспросила:
— Срочно домой? Дочь и сын? Издеваешься, Лекса Турчин?
Выглядела она при этом очень недобро, можно даже сказать зловеще.
Алексей виновато пожал плечами.
— Истинная правда, товарищ Вебер. Может следующий раз?
— Ну хорошо, хорошо, — Ида резко смягчилась. — Значит, следующий раз. Давай хоть домой подброшу.
И подвезла к самому дому, причем, не спрашивая, где Алексей сейчас живет.
— Пока-пока, Лекса Турчин. Не забыл? Ты от меня никуда не денешься… — она язвительно хихикнула.
Алексей улыбнулся, дождался когда она уедет и облечено вздохнул.
— Чтобы тебе попучило, кобыла повапленная. Хрен тебе, а не красноармейское тело!
Глянул на дом и снова выругался, на этот раз восхищенно. Как оказалось, его с семьей поселили в тот самый знаменитый «Калабуховский» дом, прообраз дома профессора Преображенского из «Собачьего сердца» Булгакова. Алексей его совершенно точно узнал, потому что был здесь на экскурсии в своем времени.
После флигелька в Марьиной Роще дом смотрел настоящим дворцом. В квартире его встретила жена со шваброй в руках и детки с метлами и совками. И здоровенная гора мусора в прихожей, состоявшая в основном из бутылок и драной бумаги.
