Лекса сидел на кровати и счастливо улыбался, правда потом спохватился и принялся чистить револьвер. О том, что могут идентифицировать оружие по пулям он не беспокоился. Пули безоболочечные, после контакта с черепными костями превратились в кусочки свинца, гильз на месте не осталось, а выстрелов, скорее всего, никто не слышал. А если и слышал, то не обратил внимание. Для Марьиной Рощи обычное дело. И вообще, с милицией общаться западло.
А рано утром, еще до того, как Лекса направился на службу, к дому подъехал потрепанный грузовичок Форд ТТ. Из него вышло четверо мужчин в военной форме и направились прямо к флигелю, где жили Алексей с Гулей и детьми…
Глава 9
— Товарищ Турчин? — огненно рыжий краском, с одиноким кубиком на рукаве внимательно посмотрел на Лексу, словно сомневался, что он и есть тот самый Турчин Алексей Алексеевич.
— Комэск Турчин, — спокойно ответил Алексей.
Плеснувшаяся было внутри паника сразу же прошла. Лекса резонно рассудил, что брать его пока не за что, а армейцам до всяких Хрящиков и прочего криминала дела никакого нет.
— Комвзвода Богорад! — краском еще раз откозырял. — Центральное управление снабжения! Приказано организовать ваш переезд на новое место жительства.
— Новое место жительства? — вот тут Алексей слегка ошалел.
— Так точно! — лихо отрапортовал Богорад. — На новое! Вон… — он оглянулся на сопровождающих, — я и бойцов с машиной прихватил. Мигом все перевезем.
— И куда это? — Алексей все никак не мог сообразить, что происходит.
— Пречистенка 24 дробь 1, квартира двенадцать! — деловито ответил Богорад. — Простите, сейчас Пречистенка Кропоткинской называется. Следовательно Кропоткинская 24! Отличная, четырехкомнатная квартира, с лифтом и ватерклозетом! — последние слова он произнес с явным священным восхищением. Даже глаза закатил.
— У нас дети в школу здесь ходят, а оттуда будет далеко… — недовольно буркнул Лекса. До него, наконец, дошло, что Сталин не просто так расспрашивал его о жилищных условиях.
— И со школой все решили! — улыбнулся комвзвода. — Пожалуйста, школа номер четыре Хамовнического района, бывшее реальное училище Мизинга. Все уже договорено, ваших деток зачислили. Сам беседовал. Правда документики на них сами занесете. И от дома вашего нового недалеко. Отличная школа, там все… — он таинственно понизил голос. — Там дети всех «наших» учатся. Так что, не сомневайтесь.
— А вот хрен мы куда… — из открытого окна донеслись голоса Сашки и Машки.
Но сразу последовал шлепок и они замолчали.
Лекса посмотрел на часы.
— Но мне на службу…
— Так следуйте, товарищ Турчин! — почему-то обрадовался Богорад. — Мы с вашими домашними сами справимся, а вы уже на новое место жительства вернетесь. Запомните, Пречистенка дробь один, двенадцатая квартира,
— Кобылья сиська! — по привычке ругнулся Лекса, но кивнул.
Собственно, никто его согласия и не спрашивал. Армия точно не демократическая организация — приказали, будь добр исполнять. Опять же, когда сам товарищ Сталин похлопотал, отказываться, мягко говоря, неразумно.
— Пара минут… — Алексей вернулся домой. — Ежик, тут такое дело…
— Я все слышала, — Гуля чмокнула его в щеку. — Иди, мы справимся. Справимся же? — она грозно посмотрела на Машку и Сашку.
Дети молча кивнули и дружно продемонстрировали злые и недовольные физиономии. Но в пререкания не вступили, резонно понимая, что после вчерашнего, напрочь лишились права голоса.
Лекса вздохнул, поцеловал в ответ жену, показал кулак «уголовникам», приладил портупею с шашкой и кобурой, напялил на голову шлем от новой формы, который ненавидел до глубины души и отправился на остановку трамвая.
На самом деле, такой царский подарок от Сталина очень сильно озадачил и встревожил его. Верней, не сама квартира, а пристальное внимание со стороны Иосифа Виссарионовича. Заметил, решил поддержать, способствовать судьбе — все это просто замечательно. Бывает? Бывает, тем более, Лешка заслужил — тянет лямку не за страх а на совесть. Но тут сразу следует задуматься — зачем оно ему? Зачем Лексу подтягивать и тянуть наверх? Альтруизм? Увы, такое понятие в таких верхах никогда не практикуется. Значит есть какой-то смысл. Всегда есть смысл. К примеру, Баронов через Лексу вытянул себя наверх, в том случае все просто. А Сталин? И чем Турчин может ему помочь? То-то же, все может быть очень скверно. Тем более, на практике, с таких любимчиков и спрашивают втройне. И под нож пускают без колебаний.
— Хотя… — буркнул себе под нос Алексей. — Все может быть очень банально. Просто отметили талантливого и перспективного командира. Так тоже случается. Ведь я талантливый и перспективный? Хочется надеяться…
— О! Алексеевич! — рядом раздался знакомый голос.
— Акакий Мартемьянович, — Алексей крепко пожал руку Чиркову и сразу насторожился. Если утренний визит военных связать со вчерашним случаем никак было нельзя, то оказавшийся рядом начальник районного отдела милиции прямо намекал на то, что случившееся не осталось незамеченным…
