Через несколько секунд прямо над головой протарахтел биплан с шахматными клетками на хвосте.
— Ой, мамачка… — к Алексею под навес шмыгнула Агнешка.
— Тихо, не пугайся, — Лекса улыбнулся. — Еще туман стоит, он все равно ничего не видит с высоты.
— Я нікога не баюся! — фыркнула Агнешка. — Даже тебя, таварыш Турок!
Совершенно неожиданно чмокнула Лешку в щеку, хихикнула, выскочила из под навеса и побежала дальше.
— Вот же… — обозлился Лекса. — Нажалуюсь батьке твоему, вот он выдерет тебя!
Девушка в ответ только засмеялась.
Алексей ругнулся, быстро проверил, не видел ли кто его конфуза, а потом пошел в штаб. Для себя он твердо решил как можно быстрее поговорить с дядькой Ангелом, чтобы тот приструнил свою оторву дочь.
— Здоров! — на входе в землянку Василь Корж крепко пожал ему руку. — Видал? Не нравится мне все это. Разлетались пшеки последнее время, разведуют, сволочи. Никак пакость какую замышляют.
— Угу, — согласился Алексей. — Есть такое дело. А где Прокофьевич со Стасом?
— Да там, чаевничают, — Корж затушил самокрутку. — А я дыхнуть свежим воздухом выходил. Идем, самовар еще горячий.
— О! Турок! — Орловский приглашающе махнул рукой. — Присаживайся, сейчас Митька тебе тоже нальет.
Перед Алексеем тут же поставили большую жестяную чашку с заваренным до дегтярной черноты чаем и потодвинули плошку с колотым сахаром.
Алексей осторожно отхлебнул, хрумкнул сахарком прикуску, потом взял с расстеленного на столе полотенца ломоть серого, ноздреватого хлеба и положил на него большой кусок желтоватого сала. Полюбовался мгновение на бутерброд, а затем с аппетитом впился в него зубами.
Молодой организм постоянно требовал еды. Лекса все время чувствовал себя голодным.
— Ну что скажешь, Турок? Надумал, что? — Орловский посмотрел на Лексу. — Сам понимаешь, время не ждет.
Лекса неспешно прожевал, отхлебнул из кружки и пожал плечами.
— Понимаю, но прежде чем рыпаться, надо окончательно прояснить картинку в воеводстве. Поляки точно что-то замышляют, но что, нам неизвестно. Можно попасть, как кур в ощип.
— Это понятно и этим уже занимаются, — рубанул рукой Орловский. — Меня интересует твое мнение по тому вопросу, что мы вчера обсуждали.
— Мое мнение?.. — Алексей немного помедлил. — Смотри. Сами мы такой масштаб не осилим. Значит, к операции надо привлекать всех, кто есть в наличии. И гребаных эсэров тоже. Вообще всех. Но если привлекать всех, тогда резко увеличивается шанс утечки инофрмации. Двуйка, чтоб ее, сам знаешь, зря свой хлеб с маслом не ест. Если тебя интересует мое принципиальное согласие на акцию, как представитедя Штаба РККА, то я согласен и даю тебе добро. Но операция требует очень тщательной подготовки. Это вам не помещьичьи усадьбы жечь.
Кирилл, Василий и Стас почти синхронно кивнули.
— Значит, так тому и быть! — Орловский прихлопнул ладонью по столу. — Работаем, браты! Что касается утечки информации, если она и случится, то попробуем сделать так, чтобы она на только пользу нам пошла.
— Пробуйте, — Лекса жестом показал, что вмешиваться не собирается.
В дела разведки он никогда не вмешивался, партизаны и сами прекрасно справлялись.
— А твое дело, брат Турок, помочь нам взять Столбцы и все, что есть в городе, — все три командира разом посмотрели на Алексея.
— Глянуть бы еще живым глазом на эти Столбцы, — машинально посетовал Лекса.
— Так в чем дело? — ухмыльнулся Ваупшасов. — Если надо, поглядишь, организуем. Есть варианты. Скоро ярмарка в городе, просочимся как мыши, ни одна курва ничего не заподозрит.
Алексей тяжело вздохнул, мысленно обругал себя за несдержанность и кивнул. Он очень сильно не любил ввязываться во все то, что выходило за рамки его военной специализации. Штурмы, диверсионно-разведывательные рейды, засады, пусть даже конная атака и рубка — это всегда пожалуйста. Но открыто фланировать по территории врага под чьей-то личиной — увольте, не мое это. Но отказываться было уже поздно.
Чтобы скрыть свое недовольство, Лекса буркнул.
— И вот еще что. Отправь своим шифровку, в которой запроси разрешение на выполнение запланированных мероприятий по недопущению прорыва советской границы и уничтожению польских бандформирований. Ни на чем не акцентируй внимание, только общие фразы. Я примерно такую же, отправлю своим. Так мы прикроем себе тылы. Когда спросят, какого хрена вы там устроили? Всегда можно будет ответить, вы поставили задачу, а мы ее выполнили. А перед этим даже запросили разрешение, а вы санкционировали. Какие вопросы?
— Голова! — одобрительно кивнул Орловский. — Не вопрос, сделаем.
— Что-то новое от пленных есть?
— Кое-что интересное есть, — мотнул головой Корж. — То, что они напели вчера, ты и сам знаешь. А вдобавок выяснилось, что среди пленных есть один очень интересный товарищ, по кличке Есаул, бывший царский штабс-ротмистр Демидов. Но фамилия может быть не настоящая. Так вот, этот Есаул, по словам пленных, якобы, был тесно знаком с самим Савинковым и даже с Булак-Булаховичем. В общем, очень интересная птица. Пробовали расколоть его, но, как не старались, молчит, как рыба.
