- Вы никогда не станете дипломатом, лейтенант. Я сомневаюсь, что вы дослужитесь хотя бы до флаг-офицера ФИКС. Конечно, все мы астронавты, жесткие и хлесткие, недалекие и честные, и благородным железом отсвечивают наши руки сквозь прорехи в бархатных перчатках... Хм. На чем я остановился?
- На железных руках в бархатных перчатках, сэр.
- Я имею в виду, до того, как вы меня сбили... Да, ваш пассажир. Его надо доставить с Базы Линдисфарна на Делакрон. Просто высаживаете его там и тут же обратно. - Костлявая рука коммодора подняла со стола крепко запечатанный конверт и протянула его Граймсу. - Ваш приказ.
- Благодарю, сэр. Я свободен, сэр?
- Свободны, как ветер. Немедленно на вылет!
Само собой, "немедленного вылета" не воспоследовало. Тем не менее Граймс довольно быстро зашагал к своему кораблю. "Щитомордник", курьер "серпент-класса", зажатый между двумя большими судами - стройное сверкающее веретено - гордо возвышался на своей крошечной посадочной площадке. "Летающее веретено"... Это прозвище, которое закрепилось за "серпентами", уже не казалось Граймсу обидным. Лейтенант снова залюбовался строгостью и стремительностью его очертаний. Нет, этот кораблик он не променял бы ни на что - даже на самый могучий дредноут... тем более, что на дредноуте Граймс был бы всего лишь одним из многочисленных младших офицеров. А "Щитомордник" - его корабль. Целиком и полностью.
Мичман Бидль, первый помощник, как обычно, встретил Грай-мса внизу, в шлюзе, и с унылым видом отсалютовал. Впрочем, это было в порядке вещей: никто никогда не видел Первого смеющимся, даже улыбка на его физиономии была столь же частым явлением, как снег в разгар лета.
- Все закреплено и готово к старту, капитан, - доложил Бидль.
- Благодарю, Первый.
- М-м... пассажир на борту...
- Хорошо. Полагаю, придется соблюдать обычные церемонии. Спросите его, не хочет ли он занять свободное кресло в рубке, когда мы будем стряхивать пыль базы со стабилизаторов.
- Я уже это сделал, капитан. Оно сказало, что польщено и принимает предложение.
- Оно? Адам - хорошее земное имя. Бидль изобразил улыбку.
- С точки зрения технологии нельзя назвать мистера Адама уроженцем Земли. Правда, он сделан на Земле.
- А что он ест? - полюбопытствовал Граймс, припомнив намеки коммодора на особенности диеты пассажира. - Постоянный ток или переменный? И запивает пинтой-другой легкого смазочного масла?
- Как вы догадались, капитан?
- Старик мне сам сказал - не напрямую, конечно. Но... пассажир, а не груз... Наверное, здесь какая-то ошибка?
- Нет, капитан. Он вполне разумен - и даже является личностью. Я просмотрел его документы - он считается гражданином Федерации, со всеми правами, привилегиями и обязанностями.
- Что ж, начальству виднее, - кротко согласился Граймс.
Робот действительно оказался разумным. Более того, его действительно можно было считать личностью. Граймс поймал себя на том, что не может думать о мистере Адаме как о предмете. Он представлял новый тип роботов, о котором Граймс только слышал, но никогда не видел. Их изготовляли очень немного, и большинство оставалось на Земле. Во-первых, потому что они фантастически дорого стоили. Во-вторых, их создатели до такой степени боялись своих детищ, что страдали кошмарами, в которых роботы представлялись чем-то вроде новых Франкенштейнов. Разумные роботы давно перестали быть редкостью - но разумные роботы, наделенные воображением, интуицией и инициативой... Они делались в основном для проведения разведки и исследований на планетах, где человека не спас бы даже самый лучший скафандр.
Мистер Адам занимал свободное кресло в рубке. Разумеется, ему не было необходимости пристегиваться и даже занимать сидячее положение - но он уселся, приняв поразительно человеческую позу. "Как мило, - подумал Граймс. - Похоже, он понимает, что людям не слишком приятно, когда штуковина, похожая на дистрофика в латах, маячит сзади, заглядывая им через плечо".
Лицо робота - тускло поблескивающий металлический овал - ничего не выражало. Но за глазными линзами светится огонек, и Граймсу показалось, что это может быть признаком интереса.
- Все это очень любопытно, капитан, - заговорил мистер Адам. Его голос - приятный и даже не совсем механический баритон - исходил из мембраны на горле. - Сейчас, я полагаю, мы легли на траекторию к Делакрону.
- Да, мистер Адам. Вон там солнце Делакрона - на три часа от центра иллюминатора.
- А эти странные искажения, несомненно, - следствие темпоральной прецессии при работе Движителя... - спустя пару секунд пробормотал робот, словно про себя. - Интересно.
- Вы наверняка уже видели это, пока летели с Земли на Линдисфарн.
- Нет, капитан. Меня не пригласили в рубку крейсера, - робот совсем по-человечески пожал плечами. - Я... думаю, капитан Грисби мне не доверял.
Странно. Совсем не похоже на Грисби... Одно время Граймс служил под его командой. Грисби, которому довелось служить на Земле в морском флоте, Грисби, который часто сожалел об ушедшей эпохе парусов, деревянных кораблей и железных людей... разумеется, не таких, как мистер Адам.
