Комедийная фамилия Трике («мистер Trick», фр. trick — шутка, фокус) была использована в несколько ином звучании И. Крыловым в более чем посредственном фарсе в трех действиях «Модная лавка» (написанном в 1805 г. и впервые представленном 27 июля 1806 г.), где есть один бессовестный француз по имени мосье Трише («мистер Трикстер», фр. trickster — обманщик).
«Нина» — имя из французской идиллии, весьма модное в XVIII столетии. См., например, диалог между Ниной и Дафной (Nina et Daphn'e) в «Букете» Николя Жермена Леонара (Nicolas Germain Leonard, «Le Bouquet», 1744–1793).
Имя Татьяны произносится здесь (XXVII, 14) на французский манер, «Та-ти-а-на», в четыре слога, с ударением на последнем.
В наскоро сляпанной Чайковским опере «Евгений Онегин» Трике, что характерно, поет куплет совершенно на другой мотив.
А вот мелодия Дюфрени-Гранваля:
Вариант1—2 В исправленном черновике (2368, л. 43) француз сопровождает ветреную вдову сорока лет, госпожу Лазоркину («миссис Эжур», фр. azure — лазурь).
<p>XXVIII</p>И вот из ближнего посада,Созревших барышень кумир,Уездных матушек отрада,4 Приехал ротный командир;Вошел… Ах, новость, да какая!Музыка будет полковая!Полковник сам ее послал.8 Какая радость: будет бал!Девчонки прыгают заране;36Но кушать подали. ЧетойИдут за стол рука с рукой.12 Теснятся барышни к Татьяне;Мужчины против; и, крестясь,Толпа жужжит, за стол садясь.6Музыка полковая! — Военный оркестр.
9 Девчонки прыгают… — См. коммент. к гл. 4, XLI, 12.
10 Но кушать подали. — Лакей обычно объявлял: «Кушать подано».
13…крестясь… — Перед трапезой русские, собрав пальцы щепоткой, осеняют грудь свою крестом, опускаясь на стул (ловко пододвинутый стоящим за спиной лакеем) Делается это машинально (головы не склоняются, благодарственная молитва не произносится), как машинально проверяют, в порядке ли пуговицы.
<p>XXIX</p>На миг умолкли разговоры;Уста жуют. Со всех сторонГремят тарелки и приборы,4 Да рюмок раздается звон.Но вскоре гости понемногуПодъемлют общую тревогу.Никто не слушает, кричат,8 Смеются, спорят и пищат.Вдруг двери настежь. Ленский входит,И с ним Онегин. «Ах, творец! —Кричит хозяйка: – наконец!»12 Теснятся гости, всяк отводитПриборы, стулья поскорей;Зовут, сажают двух друзей.4Да рюмок раздается звон. — Скорее, стопок с водкой, нежели бокалов с вином.
5—8 Ритм этих строк, особенно в подлиннике, весьма схож со свифтовским; ср. с «Дневником современной дамы» («The Journal of a Modern Lady»), стихи 174–178:
Now Voices over Voices rise;While each to be the loudest vies,They contradict, affirm, dispute,No single Tongue one Moment mute;All mad to speak, and none to hearken…(Все больше нарастает шум;И каждый хочет перекричать соседа,Все спорят, ссорятся, доказывают что-то,Никто и ни минуты не молчит;Все рвутся говорить, никто не хочет слушать…)Нет сомнений, что в эту самую минуту Татьяна, в душевном смятении, вспоминает шумных вурдалаков из своего сна — и в следующую секунду она застынет, смущенная, под взглядом Онегина.
9Вдруг двери настежь. — Имеется в виду двустворная дверь (фр. porte `a deux battants).
10—11 «Ах, Творец?» /Кричит хозяйка… — Сполдинг допускает смешную и невероятную ошибку: «„Ах! / Наконец-то автор [Ленский]!“ — вскричала мама».
12—13…всяк отводит /Приборы, стулья. — Здесь присутствует некая двусмысленность, поскольку этот глагол кроме «отодвигает в сторону» может также означать «предназначает», «выделяет»; но поэт добавил бы «им», если б желал сказать, что приборы и стулья готовились для только что прибывших двух друзей теми гостями, кто теснится.
