Комментарий к роману "Евгений Онегин" полностью

I, XV, упоминание о самоубийстве сэра Самуэля Ромили; С XXIX, 7–8; СХХХ, 1–8 и СXXXI, игра слов по поводу «small-pox»[796] и «great»[797].

V, LXI, дружба царицы Семирамиды с конем.

XI, LVII, 5–8, литературные занятия преподобного Джорджа Кроули; LVIII, Генри Гарт Mилмен.

«Nous ignorons, — говорит Пишо в примеч. 2 к песни I „Дон Жуана“ (1823, vol. 6, р. 477) — si ces lacunes doivent ^etre attribu'ees `a l''editeur anglais, ou `a l'auteur lui-m^eme»[798]. A в примеч. 39 к песни XI, т. VII (1824), с. 383, он развивает эту мысль: «Les points existent dans le texte, ce qu'il est bon de dire depuis que les points sont devenus une sp'eculation de librairie»[799].

Кстати, в песни I «Дон Жуана» пишотовская нумерация строф после CIX (1820 и 1830) отличается от байроновской: отсутствует СХ — строфа, оканчивающаяся строками о матерн автора. Иначе говоря, у Пишо в I песни 221 строфа, а у Байрона — 222. Я не в силах объяснить, как и отчего это произошло.

Начало известных и посредственных стансов Байрона «Прости», написанных в связи с семейными обстоятельствами и впервые опубликованных в лондонском «Соревнователе» («Champion») 14 апреля 1816 г.^{170}

1В те дни… — Интересно отметить, что эта первая строфа (точно так же, как и последующие опущенные строфы; см. Ia, b и е), написанная в конце 1829 г., начинается тем же самым оборотом и содержит в себе ту же интонацию, что и стихотворение Пушкина «Демон» (1823), которое я анализирую в комментарии к гл. 8, XII, 7, где оно упоминается.

1…в садах Лицея… — имеется в виду Александровский Лицей, Lyc'ee de l'Empereur Alexandre I, основанный этим царем 12 августа 1810 г. в Царском Селе (ныне город Пушкин) в двадцати двух верстах от Санкт-Петербурга. В августе 1811 г. Пушкин сдал вступительные экзамены. Лицей открылся 19 октября 1811 г. с первым курсом в тридцать учащихся. Двадцать раз (1817–1836) годовщина этой даты будет благоговейно отмечаться Пушкиным как с друзьями, так и в одиночестве. По современным меркам Лицей представлял собой закрытое учебное заведение для юношей благородного происхождения, программа которого включала три года подготовительной школы и трехгодичный курс средней школы. У каждого из тридцати мальчиков была своя собственная комната. Применение каких бы то ни было телесных наказаний категорически запрещалось, что являлось несомненным прогрессом по сравнению с жестоким обращением, практиковавшимся в лучших школах Англии и континентальной Европы того времени.

Именно в Лицее Пушкин начал сочинять стихи. Первым было опубликовано «К другу стихотворцу» в «Вестнике Европы», который издавал Владимир Измайлов (ч, 76, № 13, 4 июля 1814) за подписью «Александр Н.к.ш.п.». Судя по итоговым оценкам, Пушкин показал «превосходные» успехи в словесности (французской и российской) и фехтовании; «весьма хорошие» в латинской словесности, государственной экономии и финансах; «хорошие» в законе Божием, логике, нравственной философии и российском гражданском и уголовном праве; сверх того «занимался» историей, географией, статистикой, математикой и немецким языком. 9 июня 1817 г, он был выпущен в чине коллежского секретаря (XIV класса в статской службе) и формально прикомандирован к Министерству иностранных дел^{171}. Последующие три года в Петербурге он по большей части вел жизнь повесы, поэта и frondeur[800].

До конца жизни Пушкин сохранил глубокую привязанность к Лицею, который считал своим настоящим домом, и к своим бывшим школьным товарищам. Воспоминания об этом периоде жизни и ежегодные встречи 19 октября запечатлены им в нескольких стихотворениях. Есть что-то символическое в том, что стихотворение, сочиненное им для последней лицейской встречи, осталось незавершенным. Лицейский товарищ Пушкина Кюхельбекер, находясь в ссылке в Акше в Сибири, написал замечательные строки по случаю 19 октября 1838 г.: