Он вытащил из кузова большую пластиковую канистру, отвинтил крышку и наклонил, поставив на откинутый задний борт.
– Машиной надо было ехать.
– Нам в Порто-Франко быстро успеть надо. – Я подставил руки под струю. – Теперь хрен знает как дальше…
– А что с самолетом делать планируешь?
– Пока ничего. – Я плеснул воду на себя. – Обдумать надо. Все равно тут кантоваться до утра почти, есть время репу почесать.
– На аэродроме механики есть.
– Только я их сюда тащить не хочу. Нам это место сейчас точно никак светить нельзя. Не знаю, проще оттуда привезти, что ли, или сюда позже вернуться с местными. Но точно не сегодня. И отдохнуть надо.
– В машине-то? – Он спросил с иронией.
– В кузове, канистры сгрузим. На земле тут хрен поспишь, лазает всякая тварь, мать ее в душу.
– Может, в отель? – внес он предложение.
– Не, не надо. Нам бы вообще не светиться. Я же как рассчитывал, что если возьмем чего, то машину бросим тут просто, а сами улетим. Как и не было нас.
– Но теперь-то все равно КПП проезжать.
– А вот ни хрена, мы как раз к КПП не попадем. Не надо в отель, ну его, и так все началось через жопу.
– Ну и зря. Девок бы вызвали и все такое. – Это он уже ерничает.
– Оксане сдам.
– Да и ладно, – махнул он рукой и присел на откинутый борт, закручивая канистру. – У нас с ней что, любовь, что ли? Так, пользуюсь понемножку. Я же говорил, армянские гены ведут к ней неудержимо.
– Ну вот лишится твой Гена доступа к телу, и будешь потом на жизнь жаловаться.
– А я тогда двух тощих сразу найду, заменю качество количеством.
– Больше понадобится, если по сиськам мерить, – усомнился я. – Ладно, давай пока канистры разгрузим, что ли. В амбаре тень, нормально.
Понятное дело, что так я ничего за день и не придумал, что же с самолетом делать. В идеале надо нанимать механиков в Порто-Франко и везти сюда втихаря. Или местных, да, но не сейчас. И придумать, на кой черт я тут сел. А внимательный человек заметит, что сел я давно. Ладно, потом буду изобретательность проявлять, сейчас другая забота.
Поспали в кузове, и на этот раз без приключений. И всякие вредные насекомые к нам не забирались. Проснулись по будильнику затемно, перекусили быстро, подготовились к выезду. Карабин я убрал к заднему сиденью, а вооружился «скорпионом», насадив глушитель. Он сегодня нужней будет, если все случится так, как я прикидываю.
– Слав, ты за руль, занимаемся по плану. Помнишь как ехать, так?
– Ага, – кивнул он, сверяясь с картой при свете потолочной лампы.
– Ты карты-то читать умеешь? – спросил я с подозрением.
– Вот нет в тебе ни грамма совести, – вздохнул он. – Я же мореходку закончил.
– Ну и чего? – Я удивился. – У вас в море пальцем куда показал, туда и греби. На фига вам карты?
– Остроумный, блин… Ладно, садись, не мельтеши. – Он выключил свет и завел двигатель.
Ехали едва заметной колеей сперва, затем проселком. Пару раз остановились, чтобы свериться с картой, нам нужно выехать сбоку на дорогу от Портсмута до аэродрома. И встать там правильно, но так, чтобы с КПП от города было не разглядеть. Не знаю, как бдительно там служба несется, насколько я заметил, не особо напрягаются в этом безопасном краю, но лучше это учитывать.
– Машина как?
– Нормально, без проблем, – ответил Слава. – Местами почти гнал – в подвеске ни единого звука.
– Ночевал где?
– В Кадисе. И с утра пораньше дальше погнал.
Да, вроде правильный проселок. Дорога вдоль моря, с двух сторон кустарник. Если просто тут встать, то проезжающий по дороге нас и не заметит, скорей всего.
– Тут тормози, – сказал я.
– А если кто-то ехать будет?
– На месте сориентируемся. Все равно хрен спланируешь, – вздохнул я. – Могут поехать, но лишь бы не сзади и не близко.
Пусть хоть в чем-то повезет, а то начало действительно ни в дугу, а у меня в таких случаях суеверия прорезаются. Как началось, так и продолжится, если не везет, то уже подряд во всем.
– Сколько до вылета?
– Полтора часа еще, – глянул я на часы. – Но вдруг он там кофе попить захочет перед полетом или еще чего. Я сам в аэропорт всегда заранее приезжать любил.
– А я в последний момент вечно. Ненавижу там в залах тусоваться.
Солнце еще не поднялось, тоже проблема. Так, заря пока занимается. Нам еще нужную машину опознать надо, что в темноте и с горящими фарами…
Тихо, с Залива морем пахнет, ветерок легкий. Чайки орут, в кустах что-то стрекочет. Вода уже розовым отсвечивает, восход. Благодать кругом, даже хулиганить тут как-то не очень хочется. Но деваться некуда, надо. Есть такое слово «надо», а когда вопрос о деньгах, то оно даже как бы надо еще сильней.
Десять минут, двадцать, темнота уже легкими сумерками сменилась. Несколько раз проезжали одиночные машины, но пока, к счастью, мало. Хуже будет, если к рейсу все одновременно потянутся, кучей.
Еще фары, проскочил какой-то белый вэн, и тут же следом в просвете кустов мелькнул серебристый борт новенького «Фораннера».
– Пошел! Это он! – крикнул я.
